2
0"
"Он сел на край кровати и привлек Мартису к себе, прижал к своему плечу. Она все еще дрожала. Он стал целовать ее лоб, щеки, губы. Несмотря на страх, Мартисе хотелось, чтобы он ее целовал. И она страстно, отчаянно поцеловала его в ответ. Он погладил ее щеки и вдруг почувствовал, что Мартиса плачет.
— Бог мой, что с тобой? — хрипло спросил он.
— Боже, Брайан, я тебя умоляю, скажи снова, что ты невиновен! — выдохнула она.
Брайан уложил ее на кровать и с чувством сказал:
— Я невиновен!
Он дотронулся до ее плеч, потом поцеловал в плечо и, касаясь губами кожи, прошептал:
— Расскажи мне, что случилось.
Она тихо застонала. Чтобы успокоить ее, согреть, унять дрожь, он стал ее гладить. Мартиса прошептала:
— Мне страшно.
— Я с тобой.
И она забыла свои страхи. Дрожь прошла, Мартиса согрелась. Он стал покрывать поцелуями ее всю. Обнаружив, что под струящейся тканью на ней ничего нет, сунул руку под платье.
— Никогда в жизни не видел ничего более прекрасного, эротичного и чарующего, чем ты в этом платье.
Затем он снял с нее корону и шелковое платье. Мартиса не могла ему отказать. Он соблазнял ее своими прикосновениями, своим теплым дыханием, касающимся щек, груди. Он приподнял Мартису, и она почувствовала такой же обжигающий жар его губ в самом интимном месте. Он целовал ее, исследовал своими прикосновениями, гладил, лизал, овладевал, проникал… Его прикосновения не прекращались, он стал с ней одним целым. Вторгаясь в нее снова, целуя, лаская. Желание в ней росло, такое сильное, что она дрожала. Когда он ускорил движения до неистового, яростного ритма, внутри у Мартисы поднялся ветер и закружился звездный вихрь, и она испытала такой всепоглощающий экстаз, что, казалось, едва не умерла от наслаждения.
Когда она пришла в себя и открыла глаза, первое, что она увидела, — был тревожный взгляд Брайана.
— А теперь рассказывай, — потребовал он.
— Сегодня утром на лестнице в подземелье кто-то шептался, — сказала Мартиса.
— О чем?
— Они говорили о сегодняшнем вечере. Об опасности. О том, что корабль подойдет близко к берегу. Я не знаю, мне было плохо слышно, и я боялась. А потом сегодня…
— Что?
— Элайна заставила меня надеть это платье. Как если бы меня надо было сбросить в море…
— Элайна не причинит тебе вреда.
— Я больше не знаю, Брайан, я ничего не знаю. Может, ту дверь запер Хогарт, а может, и не он.
— Я не могу поверить…
— А еще кто-то побывал в этой комнате.
— Кто?
— Человек в плаще с капюшоном.
— И что он здесь делал?
— Не знаю. Не могу сказать. — Мартиса не могла понять, верит ей Брайан или нет. — Брайан, я клянусь, что это правда.
— Продолжай, Мартиса, я слушаю.
— А потом…
— Что?
— Когда я была заперта в винном погребе, она… оно…
— Что, Мартиса? Помоги мне, пожалуйста!
— Она двигалась!
— Что двигалось?
— Стена.
