Изумрудные объятия

Он заметил, что разбудил ее, и с озорным удовольствием улыбнулся. В его огненном взгляде горели страсть и обещание.

— Я видела сон, — прошептала она.

— Обо мне?

— Да. — Ее глаза снова закрылись. — Мне снилось, что ты колдун, лэрд-дракон. И что ты хочешь вонзить в меня свой нож.

Он коснулся губами ее губ и прошептал:

— В самом деле, леди, я собираюсь вонзить в вас мой нож, но не из стали, а из плоти и крови.

Мартиса улыбнулась и лишь слегка приподняла веки. Он не переставал ее гладить, касаться ее тела через тонкий шелк ночной рубашки. Он ласкал ее очень медленно, и от этого каждое его сладостное прикосновение становилось еще более интимным.

— Это шарада, игра, и ничего более, — прошептала она.

— Если это игра, то давай начнем играть.

С этими словами он вошел в нее. Сначала медленно, так медленно, что она все больше его жаждала с каждым движением. Так медленно, что она закрыла глаза, снова стала погружаться в сон и почувствовала, как ее окружает ветер, почувствовала ленивые ласки морского бриза… потом он положил руки на ее ягодицы и глубоко вошел в нее. Она тихо вскрикнула — в первый момент ей показалось, что он разорвет ее на части, а потом ей показалось, что внутри ее взорвался огненный шар и что, если он ее оставит, она умрет.

Это было волшебно, то настойчиво, то нежно, то снова настойчиво. Огонь взорвался внутри ее и вокруг, развеивая туман, отгоняя прочь холод. Ощущение было таким сладостным и таким возвышенным, что никогда еще она не чувствовала жизнь так остро и так полно. Весь мир закружился и померк, и ее снова окружили тьма и туман. И все-таки… Он был в ней, он был частью ее. Его руки обнимали ее, и они вместе задремали. Потом она проснулась, но не до конца, и снова ощущала движение, магию, неистовство, крик, который был ветром, страсть, которая была самим Шотландским нагорьем. А потом она снова уснула, уснула глубоко и крепко. Ветер постепенно стих, и даже волны не разбивались с шумом о Зубы Дракона, а ласкали их.

Мартиса проснулась как от толчка и увидела, что она одна. Она села и огляделась. Комнату заливал дневной свет — по-видимому, было уже довольно поздно.

На ней все еще была шелковая ночная рубашка. Мартиса закрыла глаза и попыталась вспомнить прошедшую ночь. Ей снился сон. Снились драконы, колдовство, скалы, утесы, волны, омывающие берега. И во сне к ней приходил он.

Нет, это был не сон!

Мартиса провела рукой по простыне в том месте, где лежал Брайан. Кровать была холодной, но его едва уловимый аромат сохранился и все еще согревал ее чувства, и она знала, что его приход ей не привиделся. Она обхватила себя руками, и ощущения в ее теле тоже подтвердили, что лэрд-дракон не приснился ей во сне, а был с ней во плоти.

Мартиса вскочила с кровати и подошла к балкону.