Изумрудные объятия

Он взял ее и использовал, а теперь…

Брайан поклялся, что этот брак будет настоящим.

Поздно отсылать Мартису из замка, она не уедет. Они в этом деле вместе, тесно переплетены, спутаны. И он ее любит. Он любит ее с большей страстью, чем страсть, которую он способен посвятить замку или даже чести. Он любит ее с яростью ветра и нежностью легкого солоноватого морского бриза, воющего на рассвете.

Завтра ночью будет полнолуние."

"Все будет кончено. Брайан дал себе клятву, что все будет кончено. На этот раз он найдет в лабиринте подземных коридоров нужный коридор, тот, который ведет из склепов на берег моря.

Хотя у Мартисы и не было времени на подготовку, Брайан был уверен, что никогда не видел более прекрасной невесты. Элайна помогла ей сымпровизировать. Мартиса надела платье цвета сливок, отделанное тонкими кружевами и атласными лентами. Сзади платье заканчивалось длинным шлейфом, а спереди низкий вырез окаймляло кружево. Покрой выгодно подчеркивал ее стройную фигуру и полную грудь, при этом она выглядела такой чистой и невинной, как ни одна другая невеста.

Ее блестящие распущенные волосы — огонь и золото — ниспадали на спину мягкими волнами. Элайна сопровождала Мартису в часовню, а по проходу ее повел, чтобы передать жениху, Питер. Взгляды Брайана и Мартисы встретились, и его поразила решимость в ее глазах. Он понял, что она уже непоколебима в своем решении. Слова были сказаны, песни спеты.

Казалось, в маленькой часовне собрался весь Кригэн. Часовня была полна, и толпа переливалась в коридор. Все эти люди пришли отпраздновать церемонию жизни.

Здесь были слуги. Холли всплакнула от счастья, Хогарт улыбался от уха до уха, на лице Роберта Макклауда тоже была улыбка — кривая. Были здесь и Джем и с Треем, и молоденькие горничные, которые приходили в замок на день, а на ночь возвращались домой.

Здесь были жители деревни, рыбаки, овцеводы, торговцы. Среди них были и приветливые Каннингемы, они улыбались, но на лице Пегги с того дня, когда исчезла Кларисса, лежала печать страдания. Доктор Мактиг наблюдал за церемонией с мрачным видом.

И конечно, присутствовали родственники. Питер был страшно горд тем, что выдает замуж столь прекрасную невесту. Конар был очень серьезен. У Йена, как всегда, была наготове улыбка. У Элайны на глазах блестели слезы — от радости и от печали. Брайан понял, что она вспоминает Мэри и своего Нилла и думает, суждено ли ей самой когда-нибудь стать невестой.

Брайан дал отцу Мартину очень четкие и подробные инструкции. Возможно, кому-нибудь показалось странным, что Мартиса, произнося брачные обеты, называет жениха не по имени, а лэрдом Кригэна. Но он и был лэрдом Кригэна, мало кто решился бы оспорить его желания.