6
0О том, что он подставил отца, я уже узнала только на допросах.
Но я молчала...
Интуитивно мне передался страх отца перед ""ментами"" и ощущение беспредела, который за ними стоит. Что им нельзя доверять. И я как попугай повторяла все, что сказал повторять Роберт, молясь о том, чтобы этот ужас скорее закончился."
"Я не могла подвести человека, который меня спас. В вине отца никто не сомневался, как оказалось, он был связан и с другими преступлениями. Поэтому на него намотали всё, где он так или иначе фигурировал.
Отца посадили. Я пережила первые полгода неловкости и стресса от своего быстрого замужества.
Но спустя какое-то время в моей жизни случился Чадов... И мне показалось, что я имею право на счастье. А не только на безопасность и сытость. Но ничего не вышло.
И вместо обычных снов мне обрывками это всё снится... снится... снится...
Под утро я так устаю агонизировать, что мне кажется опять, что я имею право на счастье.
Могу делать всё, что хочу!
И да, это мне аукнется наверняка большими сложностями, но...
""Свободна! Свободна!!"" - как Маргарите хочется кричать мне. Я вдруг просыпаюсь окончательно, с острым пьянящем ощущением свободы внутри. Первый раз в жизни!
Мои моральные весы, что не давали мне долго жить, сломаны к чертям. Мне плевать, хорошо или плохо я делаю с точки зрения Роберта. Не этому человеку меня судить!
Да я и сама устала себя судить. Я жить хочу...
Спускаюсь в темноте по лестнице.
Захожу в ванную комнату, там светится понизу светодиод. В его тусклом свете смотрю на себя в зеркало.
Я все ещё красивая... Чадов смотрит на меня так, словно я нисколько не изменилась.
Футболка едва прикрывает ягодицы. Стягиваю ее с себя, разглядывая грудь. Она стала больше, тяжелее и чувствительнее...
Соски твердеют даже от мимолётной мысли, что к ней прикоснется Чадов, своими наглыми умелыми руками.
Закрывая глаза, сжимаю ее, чувствуя судорогу ""голода"" между бёдер.
И через мгновение...
Дверь распахивается!
Я распята у стены. И соски скользят по его груди. Мускулистой с жёсткими волосками...
Дыхание сбивается. Со стоном утыкаюсь губами в его массивную шею.
Животом чувствую горячую и мокрую головку члена. Он такой большой, что едва ли помещается под резинкой боксеров,, когда встаёт. Член Чадова внутри - это всегда шок! Сладкий, пьянящий и невыносимый... Когда тебе кажется, что ты не в силах вынести таких растяжений и толчков, но твое тело кончает... кончает... кончает...
