Игры мажоров. \

Я не понимала, почему, чем мы все это заслужили, но приходилось признать: смерть отца изменила все, всю мою привычную жизнь. Друзья, школа, занятия вокалом — все осталось в прошлом. Сама не знаю, как я закончила десятый класс, и тогда мама сказала, что мы уезжаем.

Ее позвала в столицу подруга, Лариса. Лариса отправила мамино резюме в разные учебные заведения столицы, и ее пригласил на работу самый престижный столичный лицей номер сто — «сотый». Мы в один день собрали вещи и уехали.

Квартиру отца мама отдала свекрам без боя. А с жильем нам помогла все та же Лариса, поселила в своей квартире.

Было больно уезжать из города, где мы так счастливо жили втроем, но вдруг оказалось, что вся наша благополучная жизнь держалась только на папе. И он навсегда останется моим отцом, кто бы из тех троих ублюдков ни стал причиной моего появления на свет.

Если бы только не Никита…

Неожиданно в голову приходит — а что, если он приехал и сидит в машине под подъездом? Вскакиваю с кровати и осторожно пробираюсь в гостиную — из моего окна не видно двор. Отодвигаю тяжелую портьеру. Никого. Двор ярко освещен, но никаких незнакомых машин не видно.

— Ты не спишь, Мышка? — оборачиваюсь. Вижу на диване силуэт.

— Не могу уснуть, мам.

— Думаешь о нем?

— Я хотела посмотреть, вдруг он приехал. А тебе тоже не спится? — подхожу, сажусь рядом. Мы обнимаемся.

— Да. Я тоже не могу уснуть.

— Мам, — несмело спрашиваю, — а расскажи мне… Расскажи об отце Никиты.

Глава 5

Маша

Мы сидим на диване. В комнате темно, свет включать не хочется. Маминого лица не видно, и мне кажется, так ей легче говорить.

Я никогда раньше не спрашивала о подробностях той ночи. Думала, не смогу пережить, если услышу. Те трое, которые ее… в общем, из-за которых я родилась, казались мне монстрами.

Бездушными и отвратительными существами, а не людьми.

Но Никита… Он такой живой, настоящий, и мне не верится, что он может быть таким как отец. Так тогда какой он, его отец?

— Я поступила в университет на иняз, — звучит ровный мамин голос. — Там мне все нравилось — новые друзья, хорошие преподаватели, интересные предметы. Но, главное, мне нравился он, Топольский. В него было трудно не влюбиться. Высокий, с умопомрачительной фигурой, модной стрижкой и улыбкой, от которой умирали все девчонки.

Сейчас его бы назвали самым популярным парнем университета, а для меня тогда он был лучшим на свете. Топольский учился на четвертом курсе, но его знал весь университет.

Представляю себя на месте мамы, а Никиту на месте его отца, и меня бросает в дрожь. А мама продолжает говорить:

— Конечно же, он не обращал на меня никакого внимания. Вообще не замечал. Он был сыном обеспеченных родителей. Ездил на дорогой машине, одевался по последней моде. Конечно, такой парень привык к вниманию самых красивых девушек.