1
0За это время я успел еще раз заскочить в гости к герцогу, снова оставил все свои силы при лечении его внучки. Правда, на этот раз дело пошло лучше. Я немного изменил подход к ее лечению, и оно заметно ускорилось. Причем, было заметно не только мне.
— Михаил… — проснулся я от телефонного звонка. Долгое время не хотел даже глаза открывать, но голубь настойчиво тыкал мне в лицо дребезжащим телефоном, так что пришлось ответить. Мне звонил сам герцог.
— Доброе… — я посмотрел в окно, но всё равно ничего там не понял. — Здравствуйте!
— Михаил… — повторил старик. — Я вижу, что моя внучка пошла на поправку. Понимаю, что процесс этот не быстрый и отнимает у вас много сил, но…
После этих слов он на пару секунд замолчал. Мне же не терпелось узнать, к чему он клонит. Впрочем, вскоре Конаков перешел к самой сути.
— В общем, Михаил. Я обдумал, какой будет награда за твою помощь, — вот, уже лучше. Давай, старик, продолжай. — Как только Наденька встанет на ноги, ты сможешь рассчитывать на любую мою поддержку. Кроме военной…
Да уж… Старик передал мне немного информации. Если он окажет мне хоть какую-нибудь военную поддержку, сюзерен Снегирёва тут же сможет напасть на него. Он давно точит зуб на Конаковых, и сразу воспользуется таким шансом. Начнется самая настоящая бойня, пострадает множество невинных, и достанется действительно многим. Ведь эти два Рода примерно равны по силе, хотя старик в последние годы начал сильно сдавать. Правда, причина в том, что он не хочет начинать войну, совсем в другом. Ему это сейчас неинтересно. Все его мысли только о выздоровлении внучки.
— Но если ты поставишь Наденьку на ноги в ближайшее время, я вступлю в войну сразу, по первому твоему требованию, — заключил Конаков.
— Не потребую, точно, — помотал я головой. — В ближайшие дни она еще не поправится, слишком глубоки повреждения в ее мозгу. Тут спешить нельзя, можно сделать только хуже.
Хитрый, однако… Но я, и правда, не смогу вылечить ее сейчас. Да и не привык надеяться на других.
— Понимаю… — пробасил он. — Но ты и так сделал немало. Куда больше, чем все лекари за эти два года. Причем, вместе взятые.
— Вы говорили о любой помощи, кроме военной. Это какой, например? — я решил у него уточнить. Деньги, это, конечно, хорошо, но ведь расплачиваться можно и иначе.
— А ты проверь почту и поймешь, о чем я говорю… — сказал он, и попрощавшись, положил трубку.
Странный дед. Но видно, что серьезный.
Действительно, на почту сразу пришло сообщение, подписанное, как «первый платёж». То есть, те сто тысяч рублей были нулевым платежом?
Сразу нажал на сообщение, и… потерялся в объеме информации, что там содержалась. Пришлось отправить слугу, чтобы принес мой завтрак в кабинет.
