Отец лучшей подруги

Жадно втягивает в себя мой аромат.

— Просто доверься, хорошо? — говорит. — У тебя было предостаточно времени, чтобы смириться с тем, что ты чувствуешь. А я успел забыть, каково это, когда ты даже дышать не можешь…

— Я не понимаю…

Его губы снова опускаются на мой рот.

Поцелуи воспламеняют, сбивают с толку, и будь я сильнее, я бы оттолкнула его, привязала к этой больничной койке и не отпустила бы, пока он не дал мне ответы на все вопросы. Но вместо этого меня выгибает дугой, когда, справившись с батником, Платон задирает мою футболку.

— Просто я не мастер говорить… — выдыхает он прежде, чем накрывает губами мой сосок.

Сильный укус посылает по телу разряд тока. Голова кружится от потребности, радости, от того, что это его жесткое тело под моими руками. Что его сердце все еще бьется.

Он возвращается к моему рту, продолжая пальцами терзать грудь.

— Останься со мной, — произносит между поцелуями. — Мне мало оставшихся недель… Я не хочу, чтобы ты уезжала. Вот, что я пытаюсь сказать.

Сердце делает в груди кульбит. Смотрю в его горящие зеленые глаза.

— Ты это серьезно?

Кивает.

— Не обещаю, что со мной будет просто…

Он снова наклоняется к моим губам, тянет зубами нижнюю, так что по телу проносится волна сладкой дрожи.

— Но тебе точно будет со мной хорошо.

Я вдруг понимаю, что Платон успел одной рукой расстегнуть на мне джинсы. Его пальцы забираются под мое белье. Щеки горят, а призыв одуматься и не прибегать к таким откровенным ласкам сейчас, когда в любой момент сюда могут войти, так и остается невысказанным.

Стоит ему коснуться меня, и я больше не вижу причин сдерживаться. Мои бедра сами подаются навстречу его пальцам.

— Тот же взгляд… Я просто хотел увидеть этот взгляд, Лея… Больше ничего не говори. Сейчас мне достаточно даже этого.

Я все еще ничего не понимаю."

"Он углубляет поцелуй, повторяя пальцами порочные движения  своего языка у меня во рту. Висну на его шее, обхватив ее одной рукой, и скрещиваю ноги за его спиной. Позволяя делать со  мной все, что ему захочется.

Неужели все позади? Бесконечные сомнения, метания, отрицание и бесконечный страх быть отверженной… Неужели больше не надо притворяться, врать самой себе и всем вокруг, и просто наслаждаться ожившими наяву мечтами?

Платон точно знает, как подвести меня к пику.

— Лея, я все еще жду твоего ответа.

Его пальцы вдруг замедляются. Рука едва-едва движется у меня между ног, и от каждого случайного прикосновения меня подбрасывает, будто от удара током.

Сердце захлебывается, дыхание застревает в легких.

— Ты останешься со мной?...