Я украду твоё сердце

– Но я рискую слишком многим, если моё настоящее имя станет известным за пределами вашего кабинета.

− Кто-то угрожает вашей жизни?

− Хуже, ваше высочество, − он опускает глаза, сжимая подлокотники. И даже сквозь иллюзию заметно, как парнишка побледнел.

Ладно. Если мне понадобится прижать его к ногтю, я в любой момент смогу это сделать, ничего никому не рассказывая об этом разговоре.

− Хорошо. Я даю вам такое обещание, − киваю, откидываясь на спинку кресла.

С облегчением выдыхает не только Адаль, но и моя жена. Неужели она допускала такую мысль, что я ему откажу сейчас? Тем самым, по сути, выпроводив из Босварии того, кого она так опекает…

Опекает.

Точно. Именно этим и занимается моя девочка. Опекает и защищает. Чувствует ответственность. Более чем знакомое мне понятие. Что ж, я могу помочь, если для неё это так важно.

Выжидающе молчу. А Адаль поворачивается к Ники и, закрыв глаза, кивает. Будто просит о чём-то, или даёт разрешение.

И вмиг его образ меняется. Иллюзия исчезает, открывая моему взгляду настоящий облик нашего гостя, точнее… гостьи."

"Так вот, что имела в виду моя жена. Её друг на самом деле девушка.

Немного старше самой Николь. Высокая, худая, болезненно-бледная, что особенно подчёркнуто чёрной одеждой. И очень рыжая. Короткие кудрявые волосы цветом похожи на язычки пламени. Кого-то она мне напоминает. Похожие черты я уже в ком-то видел. И эти кудряшки… только однажды мне встречался подобный оттенок.

На меня устремляется настороженный взгляд ярко-голубых выразительных глаз. Тоже очень знакомых, надо сказать. И её взгляд, мимика, излом бровей…

Вспомнил.

− Вы случайно не дочь Альдаро Гардоса? – задаю прямой вопрос. Сомнительно, конечно, но…

Глаза становятся размером с плошку.

− Как вы… − выдавливает девушка сдавленно. – Откуда…

Значит, угадал. Неожиданно.

− Вам когда-нибудь говорили, что вы очень похожи на отца? – дёргаю уголком рта в усмешке.

− Да, но… Неужели настолько? Меня так легко узнать? – удручённо и даже испуганно шепчет она.

− Не думаю. Но для тех, кто был знаком с вашим отцом лично, сходство очевидно. Особенно, если память на лица хорошая.

А этим страдают практически все представители королевских семей, самое меньшее.

− Это так, Ади. Мой брат тебя тоже узнал.

Он видит через иллюзии, − сообщает Ники, снова сочувственно смотря на… свою подругу.

Потом переводит выразительный взгляд на меня.

Вот интриганка. И ведь ни разу не проговорилась. Даже когда намекать начала, что всё непросто с этим её другом, всё равно неизменно говорила о нём, как о мужчине. Ни разу не запнулась. Это надо уметь.

− Если бы ещё мне было известно, кто именно знал его лично, − обречённо выдыхает Адаль, откидываясь на спинку кресла.

− Ну на этот вопрос я могу вам частично ответить.