5
0
Видно, что общение с внуком помогает Тамаре Тимуровне залечить раны. Малыш может стать отдушиной для этой несчастной женщины.
Начинаю помогать убирать со стола.
– Ой, да что вы, Марина. Это мои обязанности.
– Мне совсем не сложно. Наоборот, это привычка, – улыбаюсь смущенно.
Захожу в гостиную, чтобы убрать Лизины игрушки и книги, она уже успела устроить настоящий беспорядок. Таир после ужина устроился на том же месте на диване.
Кажется, задремал. Вздыхаю, раздумывая будить его или нет. Последний месяц у него бессонница. Он спит короткими урывками и ему снятся кошмары о том дне, когда в него стреляли.
Сейчас я так близко к нему, и в то же время мы сильно отдалились друг от друга. Неожиданно его пальцы смыкаются на моем запястье, когда присаживаюсь на корточки, чтобы достать упавшую под журнальный столик куклу.
– Испугалась? – спрашивает глухим голосом.
– Нет… Я думала ты спишь.
– Просто сидел с закрытыми глазами.
– Может быть тебе пора подняться в спальню?
– Если только ты пойдешь со мной. Я соскучился.
Такие простые слова, а меня с ног до головы затапливает жар. Безумно приятно слышать, что он скучал.
– Кстати, как ты съездила в Техас? Думал за столом расскажешь.
– Это было утомительно, но не так уж долго. Контракт мы подписали, – отвечаю рассеянно. Сейчас могу думать только о близости Таира.
– Ясно.
– Я соскучилась, – добавляю робко.
Звонит мой телефон, я оставила его в столовой. Тороплюсь туда – не люблю поздние звонки.
– Привет, извини что отвлекаю от семейного очага. У меня пара вопросов по текущему контракту с немцами.
Герман заваливает меня терминами, датами.
– Слушай, я сегодня переезжала, у меня в голове все перемешалось. Можно я тебе через час перезвоню? Освежу в памяти, бумаги у меня в комнате.
– Да, конечно. Это ты меня извини.
– Герман, конечно она злится! Нельзя столько работать, – слышу в динамике отдаленный голос Агаты. – Доведешь что муж ревновать будет.
– Успокойся. Марин, это я не тебе.
– Да я поняла уже, – вздыхаю. – Ладно, созвонимся.
Отключаюсь, иду обратно в гостиную. На лбу Таира залегла складка. Ему вряд ли мог понравиться звонок Германа.
– Нужно просмотреть кое-какие бумаги, – вздыхаю. – К сожалению, это срочно.
– Да, я понимаю.
– Извини…
– Не нужно извиняться. Ты разгребаешь последствия и моих в том числе ошибок. Не думай, что не ценю это. Мне не в чем тебя упрекнуть. Жаль, что совсем не отдыхаешь. Только всю ночь не сиди.
– Не буду. Всего час. Потом спать, – подхожу к нему. Наклоняюсь, беру за руку. Целую в щеку.
Меня снова охватывает робость. Таир почти не делает шагов в мою сторону, с самой больницы.
