5
0Ты должен меня понять…
В этот момент слышу знакомый голос. Оборачиваюсь и не верю своим глазам. Таир здесь! Он приехал за мной, в момент, когда сильнее всего мне нужен. Опирается на трость, направляясь в нашу сторону. Лиза бросается ему навстречу.
Внутри все сжимается от гордости и безумной любви. Мне отлично известно, что Таир ненавидит демонстрировать слабость. Поэтому с момента выписки из больницы не появлялся нигде на публике. Исключение только несколько поездок с детьми в торговый центр. За Таиром идет Давид, явно в напряжении, готовый в любой момент поддержать брата.
Бегу к нему. Обнимаю, чувствуя его напряжение.
– Врачи сказали, тебе ещё рано использовать трость, – говорю с тревогой.
Наверное, такие слова совсем не к месту. Таир может решить, что я не рада его появлению, хотя все наоборот. Я охвачена ликованием. Сразу все страхи выветрились. Как сильно я люблю его! И все же не могу не тревожиться за его здоровье. Вижу, что ему тяжело, больно. По залёгшей складке на лбу, напряжённому подбородку.
– Как я рада, что ты приехал. Это лучший подарок. Добрый вечер, Давид, – перевожу взгляд на двоюродного брата.
– Я чувствовал, что не нужно тебя одну отпускать, – хрипло произносит Байратов.
– Всё прошло хорошо. Пара незначительных инцидентов, а так все нормально, – докладывает Герман.
– Поехали домой, – умоляюще смотрю на Таира.
– Поехали. Герман, ты едешь с нами, – добавляет тоном, не терпящим возражений. – Есть о чем поговорить.
– Да я не против, – кивает Шефер.
Садимся в огромный Майбах Давида. Он за рулём, Герман занимает место рядом с ним, на переднем сидении. Мы располагаемся сзади. Лиза залезает на колени к Таиру, я устраиваюсь рядом.
– Откуда ты узнал, что нужен мне, – спрашиваю тихо, когда вижу, что Лиза задремала.
– Мне позвонила Альбина.
– Ясно.
– Почему мне кажется, что ты бы ни за что мне не позвонила? Может быть даже не рассказала о том как мерзко вел себя Фирсов?
– Только потому что у меня нет сил говорить на эту тему. Да и незачем. Ничего такого не произошло.
– Он приставал к тебе. Угрожал. Я бы точно это не назвал «ничего».
– Он просто ненормальный! Неужели правда, что это он подготовил покушение на тебя?
– Черт, я просил Шефера молчать.
– Прости, Таир, – подает голос Герман. – Не та была ситуация, чтобы молчать. Иначе Марина сожрала бы себя поедом, что побила невинного человека.
– Возможно. Хотя он в любом случае полный говнюк, – парирую.
– Мы пока не завершили расследование, Марин, – вздыхает Таир. – Но все указывает на Фирсова.
– Теперь я жалею, что не врезала ему сильнее.
– Покажи руку.
Берет меня за руку, и я задыхаюсь от боли.
– Надо показать врачу.
– Завтра.
Но разве можно с ним спорить? Уже набирает Петру Андреевичу.
