9
0Обычный такой, без изысков и ресторанного флёра, с ложкой сметаны и куском самого обычного хлеба из ларька за углом.
Конечно, Рома не смог удержаться, и несколько раз в течение дня ввернул свои скабрезные шуточки, но старалась не обращать внимания. И даже в благодарность за помощь отутюжила его брюки, чтобы хоть на человека был похож. А то и правда, даже в такси стыдно сесть. Он же вчера спать в них завалился.
День пролетел в итоге незаметно, и уже ближе к пяти, когда начало темнеть, Должанов засобирался домой.
– Ань, позвони мне, а то утром где-то телефон задевал, – попросил, обуваясь уже.
Я вспомнила, что вчера ответила на звонок на его телефоне, и решила рассказать.
– Рома, там вчера тебе девушка твоя звонила, а я по глупости ответила, подумала, что вдруг родители волнуются. Теперь у тебя проблемы возникнут?
– Ань, ну во-первых, мои родители помнят, что мне двадцать пять, поэтому не станут звонить ночью, чтобы выяснить, почему я дома не ночую. Я и не живу с ними, вообще-то. А во-вторых, у меня нет девушки, кто бы там не звонил.
Телефон его я так и не нашла, поэтому набрала со своего и замерла, вспыхнув от негодования, когда услышала мелодию. Ирландская полька. Серьёзно, блин?
– Это обязательно? – сердито ткнула аппарат в руки его владельцу. – Мы уже не в школе.
Но Должанов лишь криво ухмыльнулся, снова став собой и запихнув куда-то подальше того почти милого парня, которым был сегодня весь день. Голубые глаза вновь сверкнули иронией и превосходством. Пробило двенадцать, и Золушка снова стала собой, а её карета превратилась в тыкву. Только тут наоборот.
– Пока, фенек, – он неожиданно легонько щёлкнул меня по носу, – завтра не опаздывай на работу.
– Я, вообще-то, никогда и не опаздываю.
Роман бросил на меня мимолётный, но какой-то странный нечитаемый взгляд, рывком застегнул куртку и вышел из квартиры."
"Я закрыла за ним дверь и вдруг поймала себя на том, что улыбаюсь. Глупо, наверное, но что если под маской избалованного легкомысленного мажора действительно скрывается такой открытый и приятный человек, каким Должанов был сегодня. Ну, по крайней мере, большую часть дня. Или это сегодня была маска? Я запуталась.
Вернувшись в гостиную, я решила ненадолго улечься отдохнуть. Диван сегодня так и не сложила, но да и ладно, всё равно скоро вечер уже. Я свернула одеяло и поправила подушки, и вдруг почувствовала под одной из них какой-то листок. Вытащила его и обомлела. Это был рисованный карандашом рисунок, очень красивый, на котором была изображена я – спящая, с разбросанными по подушке волосами и немного приоткрытыми губами. Одна рука закинута за голову, а вторая покоится на груди. Одеяло сползло до самых бёдер, открывая взгляду лисят, изображённых на моей пижаме.
