Ничего не бойся! Твой Белый

- Ты мне зачем это рассказываешь?! Я не похититель и не насильник. К чему ты клонишь?

- Одна из форм Стокгольмского - это присоединение к своему спасителю.

- Чего? - исподлобья смотрю на него.

- Логика та же. Только форма насилия тоньше. Идея заключается в оставлении жертвы без помощи и защиты спасителя. Типа... шантаж такой психологический. Если ты не со мной, я тебя не спасаю. Понимаешь?

- Ты гонишь?? - осаживаюсь я. - Я такого не говорил ей никогда!

- А им не надо говорить. Женщины это себе говорят себе сами. И была бы она взрослой женщиной… Но очевидно же – девчонка еще. Напуганная, измученная, в чужой стране.

- Нет!

- Что – «нет», Белый?

- Нет... Это не наш случай. Она со мной потому что... – зависаю я, ища внутри себя ответ.

- Что?

Я вспоминаю как Анна пришла ко мне тогда со своим ""секс"". Херово как-то это выглядит в свете сказанного Маком!

Сжимаю пальцами переносицу.

- Это нечестно!

- У жертвы нет выбора. Дай ей его, Белый.

-  Громов... Блять. Нахуй ты мне это сказал?!

А если это правда? Если я только средство? Потому что другого выхода оттуда не было.

- Белый, охранник сказал, что Анна недееспособна.

- Враньё! Это просто способ контролировать и держать в плену, я уверен в этом!

- Не ори! Ты не можешь быть в этом уверен. Ты ее элементарно не знаешь, Вась. Возможно, девочке необходимо лечение. Пусть она поедет в центр. Это хороший центр. Там работают хорошо знакомые мне спецы. С ней пообщается психиатр, психолог.  И если она в порядке, и когда она перестанет бояться и почувствует себя уверенно, ты...

Отрицательно качаю головой, стреляя недокуренной сигаретой на обочину.

- Нет, я сказал! Я - ее ""центр"".

- Ты дурак, нет? – с досадой вздыхает он.

- Может быть. Но я не хочу, чтобы она была с чужими. Я хочу, чтобы ей было уверенно, тепло. И рядом близкий человек! А не сотрудники какого-то там Центра.

- Ну, я понял тебя. Благородно звучит... – выдыхает вверх дым. - Ты же не спал с ней, да, рыцарь в белых доспехах? Просто вытащил девочку... Заботишься... – с давлением.

- Слушай, Громов... - бешусь я.

- Всё! - поднимает руки раскрывает ладони. - Ты, Белый, всё услышал, осознал, дальше - твоя ответственность. Выбери сам – гусар ты или гардемарин, как она тебя назвала. Тема закрыта.

Вот гад... Беззлобно, но с унынием смотрю на Макара, садящегося в машину.

Положил зерно сомнений в душу!

Глава 31 - Не знакомы

Это словно сон. Не могу поверить в реальность происходящего! И заторможенно веду взглядом по комнате Бьянко. Стена-лофт, стилизованная под кирпичи, плазма, угловой диван...

Я где-то вне зоны доступа Варана. Как поверить в это?!

Я уже внутренне была готова к любым сценариям, на самом деле. И все они были плохие. И меньше всего верила в то, что удастся просто так выйти. И вот...

В ушах звенит от шока.