На крыльях

Я испытывала сумасшедший подъем.

Ребята играли так, будто это было в последний раз: с азартной яростью, слаженно, технично и напористо. И я не знаю, как это у них получилось, но они смогли завести публику, которая, наверное, ждала выступления хэдлайнеров, а не каких-то там парней из далекой северной страны. Любители рока восприняли группу «На краю» благосклонно, а кто-то даже выложил в сеть ролик с записью одной из песен, которая тотчас набрала огромное количество просмотров, что автоматически увеличило популярность НК.

Единственная песня, которую Антон пел на русском, называлась «Оригами», и я была готова поклясться, что он поет ее для меня.

Ворох тонкой бумаги на сердце пылится.Облепляет она тонким слоем все лица.Я бессилен понять: кто ты? Имя забыто.Человек или демон – бумагой все скрыто.Я бумагу срываю, только сам я срываюсь.Ты – моя или нет? Все понять я пытаюсь.За твой образ в цветах я хватаюсь руками.Я тебя разгадал. Ты – мое оригами.И пусть плавится ад,Растекается лед,Повернуть мне назад?Или дальше, вперед?Суждено мне лететьСквозь кровавую стужу?Чтобы в ней не сгоретьИ узнать, что я нуженТебе.

Разгадать как загадку бумажных сплетений?Мне смеяться и плакать? Или ждать озарений?Что мне делать? Как быть? Как на ложь не поддаться?Я пытаюсь услышать – вдруг твой голос раздастся.Черной россыпью звезд вязь небесная вьется.Там, где были сердца, голый лед остается.Он вплетается в небо, в кожу льется цунами.Я тебя так люблю – ты мое оригами.И пусть плавится ад,Растекается лед,Я ни шагу назад,Я теперь лишь вперед.Пролечу я свой путь,Что во тьме исчезает.Но ад скажет: «Забудь».Та любовь угасает.Нет!Он пел, глядя мне в глаза, а я улыбалась сквозь слезы.

Я в который раз убедилась, что любовь – дитя веры.

А вера – символ победы.

* * *Кезон смотрел на выступление Кея, куря сигарету – уже третью или четвертую. Лицо его было отстраненным – не единой эмоции. И даже привычные звезды не горели в глазах. Одна лишь пустошь сияла в них отблесками софитов на сцене.

Несколько часов назад Катя написала ему: «Ты был прав. Антон не пришел. Все кончено», и Кезон готов был праздновать победу.

«Я с тобой, Катя», – написал он ей в ответ, чувствуя странную нежность и желание ее утешить, словно и не он был виноват в происходящем.

А потом вдруг, перед самым выступлением «На краю» он получил от Кея сообщение, в котором не было слов, зато к нему была прикреплена фотография – селфи Кати, Кея и… Кея на фоне сцены с обратной стороны.

Кезон слишком поздно понял, какую игру затеяло его отражение. Не взял в расчет близнеца Кея, который отлично его отыграл – Кезон не заметил подмены.

Это восхищало и нервировало одновременно. Впрочем, Кей всегда вызывал в Кезоне неоднозначную реакцию.

Как все-таки вышло забавно.