6
0А рано утром ушла до того, как подруга проснулась, оставив записку, чтобы она не беспокоилась и ехала на фестиваль без меня.
Я пошла на смотровую площадку ждать Антона.
Потому что я все же верила ему.
Как я могла поступить иначе?
* * *Бледное солнце зашло за горизонт быстро, почти незаметно, и чужой город нехотя погрузился в темноту, тотчас преображаясь. Всюду стремительно вспыхивали сверкающие цепочки огней: загорался свет в окнах огромных зданий, ярко светилась неоновая реклама, искрились витрины, фонари, тысячи фар…
Еще пару часов назад серый и скучный, теперь город сиял огнями, словно звездами.
К тьме нужно привыкнуть, впустить в себя, дать расползтись по венам – и она подарит красоту и величие. Алина всегда так думала. Она впустила в себя тьму давным-давно, но эта тьма, вопреки расхожему мнению, не мешала ей любить.
Сейчас Алина смотрела на сверкающие улицы из автомобиля желтого цвета. Такси уже больше часа стояло в пробке, и все это время девушка смотрела в окно, откинувшись на спинку сиденья. Она была почти у цели и искренне надеялась, что сегодня у нее все получится.
Ей нужно попытаться еще раз.
Им с Драконом нужно поговорить.
Взглянуть друг другу в глаза."
"Им нужен поцелуй, страсть, огонь – как раньше.
И тогда он поймет, что Алина – его настоящее желание, а девочка Катя – просто блажь.
Текила с солью и лаймом против молочного шоколада. Победа однозначна. Он всегда любил алкоголь и почти не ел сладкое.
Раньше ей не везло. Дракон упрямился – все еще был обижен. Арин не стал помогать – выдумал, что дружба стоит выше их родственных уз. Кирилл не захотел ехать в Берлин – ее игрушка оказалась бракованной.
Читая сообщения в паблике о том, как фанатки Дракона хотят линчевать Радову, Алина смеялась. Глупые. Они и не знают, что мышка – лишь пройденный этап.
– Приехали, мисс, – весело объявил темнокожий водитель, останавливаясь около отеля.
Алина молча расплатилась и вышла на улицу. Вещей у нее было совсем немного – лишь небольшой чемодан. Много брать с собой она не стала – если нужно, купит здесь.
Девушка подняла голову, глядя на здание, в котором остановились музыканты «На краю», и в котором планировала остановиться она сама.
Она сняла номер на семнадцатом этаже, получила ключи и дежурную порцию улыбок администратора за стойкой, и вскоре уже была в своем номере – вид из него на вечерний город открывался шикарный, под стать ей самой.
