На крыльях

Зато когда оказался в своей кровати, затих, перевернувшись на живот.

– Спасибо, что не оставил его, приятель, – сказал Олег Иванович Кириллу, не подозревая, что это – его сын. – Понятия не имею, как он умудрился так напиться, – мужчина, покачав головой, последний раз посмотрел на спящего Антона и закрыл дверь в его комнату – чтобы не мешать.

– Не за что. Я пойду, – с сожалением глянул на него Кирилл, поняв точно, что своего сына Тропинин любит. И, наверное, гордится.

А им, будущей знаменитостью, тем, кто своими зубами вырыл себе лестницу в яме, чтобы выбраться из нее, – нет.

Жаль.

– Ночевать оставайся, – сказал вдруг Олег Иванович, внимательно поглядев на парня. Словно понял, что тому некуда идти.

– А не боитесь, что я бандит? – спросил прямо Кирилл.

– Не боюсь, – усмехнулся мужчина.

– Почему?

– Бандиты таких вопросов не задают.

Парень хмыкнул.

– Хотел бы, моего идиота обчистил еще на улице.

Олег Иванович Тропинин был улыбчив и разговорчив. И спрашивал даже, чем Кирилл занимается и как живет, пока они сидели в гостиной за чаем.

Кирилл беззастенчиво врал.

Сказал, что учится в столице, упомянув экономический факультет известнейшего университета и намекнув, что он – один из лучших студентов, и занимается спортом – теперь КМС по фехтованию. А еще его ждет стажировка в Штатах, а после он хочет помогать отцу с бизнесом.

В разговоре с отцом Кирилл создал идеального себя.

Кажется, Олег Иванович был впечатлен.

– Ты молодец, парень, – говорил он с одобрением. – Должно быть, твои родители тобой гордятся, а?

Кирилл выдавил улыбку.

– Не знаю. Я никогда не спрашивал. Да и чем гордиться? Я делаю то, что должен.

– Поверь, есть чем, – улыбнулся ему неожиданно хозяин квартиры. За чаем, а потом и за коньяком с лимоном он разоткровенничался. – Если бы мои сыновья были хотя бы вполовину такими, как ты, я бы был горд.

– А они какие? – спросил его жадно гость."

"– Кирилл – хороший мальчишка, но полностью под контролем матери. Надеюсь, из него выйдет толк. Он умный, но вот не туда его несет, не туда… Антон – ему ничего не нужно, кроме музыки и девушки. И девушка, честно скажу, та еще… – Тропинин промолчал, но Кирилл его и без слов понял – видел эту странную особу.

– Музыка – это хорошо, – сказал Кирилл задумчиво. Музыка была его наркотиком, его жизнью, которую он вкалывал себе в вены через капельницы из струн. И он знал, что достигнет еще большего успеха, чем сейчас. Надо просто подождать.

– Что в ней хорошего? – не понял Тропинин-старший, посмеиваясь.