На крыльях

"

"– Раньше у одного тренера занимались, – поведал он Ниночке, умиротворенно куря и выдыхая дым в открытое окно такси, за которым проносился вечерний город. – Больше работал вторым номером – на контратаках. Но физподготовка – норм. Скорость неплохая и выносливый. Только на спаррингах я его все равно делал, – с гордостью добавил парень.

– А почему ты, такой классный и сильный, сам не стал боксером? – ехидно поинтересовалась его молодая супруга.

– Такой классный и сильный я стал музыкантом, – беззаботно отозвался Келла. Нинка попыталась забрать у него сигарету, но у нее ничего не вышло.

– Не люблю, когда девушки курят, – поморщился он, смахивая пепел за окно.

– Не люблю, когда трупы разговаривают, – парировала она.

– Идиотка, – проворчал Келла.

– Сам такой. Что за сексизм: если курит парень – это нормально, если девушка – катастрофа? – сощурилась Нина.

– Мне не нравится целоваться с курящими девушками, – усмехнулся Келла. – А на мужиков плевать. Так что они могут хоть в режиме двадцать четыре на семь дымить. Мне дела нет.

– А с парнями ты никогда не целовался? – невинным тоном спросила Журавль.

– Возможно, ты не заметила, малышка, но у меня традиционная ориентация. Даже слишком, – покровительственно усмехнулся он, словно бы намекая: проверим? И предложил, окинув Ниночку блестящими задорными взглядом:

– Давай делать любовь?

– Давай делать твой мозг, а то сломался, – мигом нашлась девушка.

Келла не ответил. Он вновь с удовольствием затянулся сигаретой, впервые за весь день придя в этакую идиллию с самим с собой. А Журавль все не отставала. Будто чуяла, что у новоиспеченного мужа хорошее настроение, и всеми силами хотела его испортить.

– Ты же рок-музкант, котик, – горячо зашептала ему на ухо Нина, которой нравилось дразнить его, – должен попробовать все.

Келла посмотрел на нее со здоровым скептицизмом в темных глазах.

– Все попробовать невозможно, – вполне резонно заметил он.

– А хотелось бы?

– Попробовать все? – приподнял Келла широкую бровь.

– Поцеловать парня? – все никак не отставала Нинка.

– Не неси чушь, Королева, – поморщился Келла. Ему этот разговор порядком надоел.

– А кто из «На краю» пробовал? – не отставала девушка.

– Что пробовал? – волком уставился на нее синеволосый музыкант, чувствуя, как с горем пополам установившееся равновесие в его душе растворяется так же, как дым в темном вечернем воздухе.

– Целоваться с парнями, – пропела девушка.

– Ты озабоченная, – возмущенно сказал Келла.

– Нет, просто теперь я твоя жена, и все должна про тебя знать, – заявила Нина и попыталась погладить его по волосам с самым издевательским видом. Келла увернулся.

– А я – твой ключ к деньгам, – отвечал парень.