18
0– Но кто об этом узнает?
– В смысле?
– Ты не думала, что меня могли бы шантажировать тобой? И мне пришлось бы согласиться на их условия.
– Но ведь… – растерялась я.
– Учитывая то, как они действовали, эти ребята способны не только на похищение, но и на шантаж.
Вот тебе и свидание аукнулось. Видимо, в том кафе Циг или его хозяева увидели, что я дорога Эмету, и разработали план.
– А что они от тебя хотят?
– Если б я знал! Подозреваю, это как-то связано с убийством Гарда. Ничего не понимаю. Зачем брат поехал в Черную падь? Почему не сообщил мне или дяде? Как с этим связан сновидец? Чего добивается Циг? Кто его так называемые «друзья»? Почему они под меня «копают»? Одни вопросы и ни одного ответа!– Эмет нервно ходил по комнате. – И, главное, я не знаю, как защитить тебя, Василису, учителей и учеников школы! Уверен, что раз не получилось похитить тебя сейчас, то они придумают какой-то другой план, чтобы на меня повлиять.
– Василису тоже могут похитить, – прошептала я. – Могут попытаться.
– Да, мы слишком расслабились. Столько времени никто не покушался. Признаю, потерял бдительность.
Первый раз я видела Эмета таким расстроенным. Он перестал метаться по комнате и присел на кровать.
– Обещай, что ты никуда не пойдешь без сопровождения, что будешь соблюдать все меры безопасности! – заглянув мне в глаза, попросил он. – По крайней мере, пока мы не поймем всего и не разберемся с теми, кто стоит за Цигом и этим инспектором.
Столько беспокойства, столько заботы было во взгляде Эмета, что я растерялась, ком встал в горле, мешая говорить. В этом мире никто за меня так не переживал.
– Обещаю, – выдохнула я.
Мы замерли, глядя друг на друга. Воздух как будто загустел. Не знаю, кто из нас потянулся первым, но это и неважно: мы оба хотели этого поцелуя. Сухие властные губы Эмета, его прерывистое дыхание, нетерпеливые ладони, скользящие по моему телу, вызывали волнующее томление. Понимание того, что мы в спальне только вдвоем, а я и вовсе лежу в кровати тоже здорово распаляло. Сегодня наш поцелуй грозил перерасти в нечто большее, и я не сопротивлялась. Наоборот, с жаром отвечала, зарывалась пальцами в пепельные волосы, терлась о его напряженное тело, постанывала от охватившей страсти.
Неподдельное беспокойство Эмета обо мне показало насколько я ему дорога. Понимание этого словно впрыснуло в кровь горячее желание, смело последние заслоны, что я ставила, стараясь не влюбиться в него окончательно. И, кажется, мой, пока еще фиктивный муж, осознал, что сегодня я не стану его отталкивать. Поцелуи перешли на шею и ключицы, а ладонь скользнула под юбку. Ох, какие горячие у Эмета руки, какие чувствительные у меня колени и бедра.
Стук в дверь мы услышали не сразу.
