18
0Я вскрикнула, небольшая боль смешалась с удовольствием, добавив перчинки.
Полминуты мы приходили в себя, а потом муж перекатился на спину. Я оказалась сверху. Перед глазами замаячил след от моего укуса. Неслабо я так вцепилась.
– Ох, прости! Не знаю, что на меня нашло, – повинилась я.
– Что ты! Это было очень приятно. Жаль, что у меня быстрая регенерация.
– То есть?
– Утром от твоего укуса не останется следа, а мне бы хотелось надеть рубашку с широким воротом, чтобы все видели твои отметины.
– Ой, – схватилась за свою шею. – У меня-то регенерации нет. Надо как-то закрыть.
– Зачем?
– Все будут видеть, а свою личную жизнь выставлять напоказ не хочется.
– Все и так все узнают. Половина школы оборотни. Они по запаху все поймут.
– И что же делать?
– Для начала понять, что они другие, и человеческая мораль им чужда. И не надо закрывать след от укуса. Это будет означать, что ты не хочешь и стыдишься связи со мной.
– О, как…– задумчиво произнесла я и, чуть подумав, спросила: – А если следы бурной ночи демонстрировать, то это значит, что ты гордишься любовником или любовницей?
– В целом верно. Но если отметины у супругов – это значит, они довольны личной жизнью и не хотят ничего менять. Жена не желает внимания других мужчин, а муж – других женщин.
То есть это знак, чтобы на него бабы не вешались? Надо проследить, чтобы он всегда носил такие «украшения».
– Раз такое дело, не переживай, я тебя утром укушу, – неосмотрительно пообещала я. – Могу до кучи и спину поцарапать.
– Похоже, утро завтра будет таким же прекрасным, как и сегодняшний вечер, – сделал вывод Эмет.
Вид у него был донельзя довольным.
– Я вообще-то имела в виду не это. Укушу тебя, а ты просто…
– Нет-нет, так не сработает! – перебил муж. – Запаха от меня не будет. Обман сразу разгадают. А чтобы лишнего не думали, нужно серьезно поработать. Я уже готов, кстати.
Эмет прижал меня, показывая, насколько он готов. Вот это темперамент.
– Нет уж, гигиена прежде всего! – заявила я, и пошла в ванную.
– Да, согласен с тобой, – обрадовался муж. – Идем, нужно хорошо помыться.
Остановить Эмета я не успела. Так получилось, что его определение «помыться», несколько расходилось с моим. Третий раунд состоялся прямо в ванной. Я как-то не привыкла к таким марафонам, неудивительно, что муж вынес меня потом на руках. Двигаться не хотелось, я была, словно вареная макаронина. Зато у Эмета как будто сил прибавилось, он уложил меня в кровать и укрыл одеялом. Дальше не помню.
Проснулась утром от нежных поглаживаний и поцелуев. Спала я, понятное дело, голой, он тоже, поэтому никаких физических препятствий между нами не было. Я постаралась сбежать в ванную, утром нужно было привести себя в порядок. Эмет был против. Он поймал меня возле стены, и стал настаивать.
