Дозоры

Вроде как не разбудил я его. Хотя… в Москве еще вечер.

– Гесер, мне нужно поговорить с кем-то из европейского трибунала. Немедленно.

– С кем-нибудь из магистров? – уточнил Гесер.

– Да уж не с помощником ночного сторожа!

– Подожди минутку, – спокойно сказал Гесер. – И не прерывай потом связь.

Ждать пришлось минуты три. Все это время мы стояли и смотрели на затихающий водоворот Силы. Зрелище и впрямь было феерическое. На это землетрясение скорее всего истратили какой-то древний и мощный амулет. Вроде тех, что есть в спецхранах Инквизиции.

– Меня зовут Эрик, – раздался в трубке уверенный, сильный голос.

– Господин Эрик. – Я не стал уточнять, какой пост он занимает в Инквизиции. Они там очень не любят раскрывать свою иерархию. – Я нахожусь сейчас вблизи города Самарканда в Узбекистане. У нас чрезвычайная ситуация. Не могли бы вы сообщить, направляла ли Инквизиция своего сотрудника Эдгара?

– Эдгара? – задумчиво спросил Эрик. – Какого?

– Честно говоря, никогда не знал его фамилии, – признался я. – Бывший сотрудник московского Дневного Дозора, перешел в Инквизицию после процесса Игоря Теплова в Праге…

– Да, да, да, – оживился Эрик.

– А кого направили?

– Не знаю, в курсе ли вы, Антон, – с нескрываемой иронией произнес Эрик, – но европейское бюро Инквизиции занимается Европой. И еще Россией в силу двойственности ее географического положения. Брать под свой контроль происшествия в Азии, где расположена страна Узбекистан, у нас нет ни сил, ни желания. Вам надо связаться с азиатским бюро Инквизиции. Сейчас оно расположено в Пекине. Вам подсказать номер?

– Нет, спасибо, – ответил я.

– В отпуске. Уже… – последовала короткая пауза, – месяц. Что-то еще?

– Маленький совет, – не удержался я. – Проверьте, где находился Инквизитор Эдгар во время известных вам эдинбургских событий.

– Подождите, Антон! – Эрик утратил невозмутимость. – Вы хотите сказать…

– Я закончил, – буркнул я в трубку.

И Гесер, который, конечно же, слушал разговор с первого до последнего слова, немедленно отключил Эрика. Сказал:

– Поздравляю, Антон. Одного из трех мы вычислили. Ты вычислил.

– Спасибо за сим-карту, – ответил я. – Если бы она не искажала позиционирование – я был бы уже мертв.

– Вообще-то она должна придавать убедительность твоему голосу при телефонных разговорах с людьми, – сказал Гесер. – А сбой позиционирования – побочный эффект, мне никак не удается от него избавиться. Все, работай! Мы немедленно займемся Эдгаром.

Я задумчиво посмотрел на трубку. Отключил телефон и спрятал в карман. Пошутил Гесер про убедительность или сказал правду?

– Эдгар, – удовлетворенно произнес Алишер.