Он тяжело дышал, волчата сгрудились вокруг и принялись его вылизывать. Светлана поморщилась, глядя на эту сцену, потом перевела взгляд на Арину:
– В чем тебя обвиняют?
– По указке не установленного Светлого нарушила рецептуру зелья. Этим сорвала совместный эксперимент Инквизиции, Ночного и Дневного Дозоров.
– Так и было? – уточнила Светлана.
– Было, – легко призналась Арина.
– Зачем?
– С самой революции мечтала красным навредить.
– Не ври. – Светлана сморщилась. – Плевать тебе на красных, белых и голубых. Зачем рисковала?
– Какая тебе разница, чародейка? – Арина вздохнула.
– Есть разница. Для тебя в первую очередь.
Ведьма вскинула голову. Посмотрела на меня, на Светлану. У нее дрогнули веки.
– Тетя Арина, тебе грустно? – спросила Надюшка. Покосилась на маму и сама закрыла рот ладошками.
– Грустно, – ответила ведьма.
Очень, очень не хотелось Арине попадать в лапы Инквизиции.
– Эксперимент поддерживали все Иные, – сказала Арина. – Темные считали, что появление в руководстве страны, а продукция хлебозавода шла в первую очередь в Кремль и наркоматы, тысяч убежденных коммунистов ничего не изменит.
– А кукурузу сделали главной кормовой культурой, – фыркнула Светлана."
"– Не балаболь попусту, чародейка, – спокойно оборвала Свету ведьма.
– Значит, просчитались Светлые? – спросил я.
– Нет. – Арина покачала головой. – Не просчитались. Кровищи, конечно, море бы пролилось. Но то, что получалось в итоге, оказалось бы штукой довольно сносной.
– Ясно, – сказала Светлана. Надюшка беспокойно ерзала у нее на коленях – ей надоело сидеть, ей хотелось «к волчку».
– Поэтому тот… не установленный Светлый… – Арина улыбнулась, – который догадался просчитать будущее тщательнее других, пришел ко мне. Мы несколько раз встречались, обсуждали ситуацию.









