Дозоры

– Когда последний раз вставали на учет или иным образом заявляли о своем местопребывании в официальных органах Дозоров… Где находились после этого.

– Не стану писать. – Арина отложила ручку. – Развели бумагомарак… Кому какое дело, где я старые кости грела?

– Арина, бросьте этот лексикон деревенской бабки! – попросил я. – Вы же раньше нормально разговаривали!

– Маскировалась, – не моргнув глазом заявила Арина. – А, как угодно. Только и вы казенный тон оставьте.

Она быстро, аккуратным убористым почерком исписала весь лист. Протянула мне.

Возраст ее оказался меньше, чем я полагал.

Меньше двухсот лет. Мать ее была крестьянкой, отец – неизвестен, среди родственников Иных не числилось. Инициировал девочку в одиннадцать лет Темный маг, или как упорно называла магов Арина – «чароплёт». Заезжий, из немцев. Попутно и растлил, что Арина зачем-то посчитала нужным указать, добавив «стервец похотливый». А… вот в чем дело! Немец этот взял девочку в услужение и обучение – во всех смыслах. И был, видимо, не слишком умен и не слишком нежен – девочка к тринадцати годам набрала такую силу, что в честной дуэли победила и развоплотила наставника. Между прочим – мага четвертого уровня. После этого и попала под наблюдение тогдашних Дозоров. Впрочем, больше ничего криминального за ней не числилось – если верить объяснительной. Города ей не нравились, жила в деревнях, промышляла мелким колдовством. После революции ее несколько раз пытались раскулачить… крестьяне понимали, что она ведьма, и решили напустить на нее ЧК. Маузеры и магия, надо же! Побеждала магия, но бесконечно это длиться не могло. В тридцать четвертом году Арина…

Я поднял на ведьму глаза, спросил:

– Серьезно?

– Легла в спячку, – спокойно сказала Арина.

 – Поняла, что красная зараза – это надолго. По ряду обстоятельств могла выбрать срок сна шесть, восемнадцать или шестьдесят лет. У нас, ведьм, всегда много условностей… Шесть и восемнадцать лет – это для коммунистов мало. Уснула на шестьдесят лет.

Она помедлила, но призналась:

– Тут и спала. Избушку оградила как могла, чтобы ни человек, ни Иной подойти не смогли…

Теперь понятно. Времена были лихие, Иные гибли почти так же часто, как и обычные люди. Затеряться было несложно.

– И никому не сказали, что тут спите? – уточнил я. – Подружкам…

Арина усмехнулась:

– Если бы сказала – ты бы со мной сейчас не беседовал, Светлый.

– Почему?

Она кивнула на шкаф:

– Вот все мое богатство. И немалое.

Я сложил объяснительную, спрятал в карман. Сказал:

– Немалое. И все-таки одной редкой книги я тут не заметил.

– Какой? – удивилась ведьма.

– «Фуаран».

Арина фыркнула:

– Большой уже мальчик, а в сказки веришь… Нет такой книги.

– Ага. И девочка сама придумала это название.