Дозоры

– Нет, я сама учительница, я все понимаю, – говорила Анна Викторовна. – Волки – санитары леса… ну, вранье, конечно, волк режет не больных зверей, волк режет все зверье подряд… Но все-таки живое существо. Волк не виноват, что он волк… Но тут – рядом с деревней! Гнаться за детьми! Он же их на волчат выгонял, понимаете, что это значит?

Я кивнул.

– Учил волчат охотиться. – В глазах Анны Викторовны появился то ли страх, то ли та материнская ярость, от которой убегают в чащу волки и медведи. – Это что же – волк-людоед?

– Не может такого быть, – сказал я. – Не было здесь случаев нападения волков на людей.

Волков-то тут давно не осталось… скорее – одичалая собака. Но я хочу проверить.

– Проверьте, – твердо сказала Анна Викторовна. – И если… даже если собака. Если детям не почудилось…"

"Я снова кивнул.

– Пристрелите ее, – попросила Анна Викторовна. И шепотом добавила: – Я ночами не сплю. Как представлю… что могло случиться.

– Это собачка была! – подал с кровати голос Ромка.

– Цыц! – прикрикнула Анна Викторовна. – Ладно, иди сюда. Расскажи дяде, как все было.

Ромка без лишних уговоров слез с кровати, подошел и очень деловито забрался мне на коленки.

Требовательно посмотрел в глаза.

Я потрепал его по жестким выгоревшим волосам.

– Дело, значит, было так… – удовлетворенно начал Ромка.

Анна Викторовна как-то очень грустно смотрела на Ромку. И я ее понимал. Вот отца этих ребятишек понять не мог. Всякое бывает, разошлись и разошлись… но родных детей после этого вычеркивать из жизни, отделываясь алиментами?

– Шли мы и шли, гуляли, значит, – томительно медленно рассказывал Ромка. – Гуляли и пригуляли в лес. А там Ксюха стала страшилки рассказывать…

Я внимательно слушал его рассказ.

Что ж, «страшилки» – лишний довод к тому, что вся история придумана. Но вот же – говорит ребенок совершенно чисто, кроме обычного в его возрасте повторения слов, не к чему придраться.

На всякий случай я просканировал ауру мальчика. Человек… человечек. Хороший человечек, хочется верить, что и человеком вырастет хорошим. Ни малейших следов потенциала Иного. И никаких следов магического воздействия.

Хотя если уж Светлана не углядела… куда мне с моим вторым уровнем…

– А волк как засмеется! – радостно махая руками, воскликнул Ромка.

– Ты не испугался? – спросил я.

К моему удивлению, Ромка надолго задумался. Потом сказал:

– Испугался. Я же маленький, а волк большой. И у меня никакой палки не было, где я в лесу палку возьму? А потом стало не страшно.

– Ты теперь волка не боишься? – уточнил я. После такого приключения и нормальный ребенок начнет заикаться. А Ромка ведь перестал!

– Ни капельки, – сказал мальчик. – Ну вы меня совсем сбили! Я на чем остановился?

– На том, что волк засмеялся, – улыбнулся я.