Дозоры

Тот что-то серьезно и наставительно втолковывал Юле.

Как летит время… Три года назад Юля была совсем еще девчонкой. Сейчас – молодая красивая девушка."

"Подающая большие надежды волшебница, ее уже звали в европейский офис Ночного Дозора. Любят там прибирать к рукам талантливых и молодых – под разноязыкие возгласы о большом и общем деле…

Но в этот раз номер не прошел. Гесер и Юльку отстоял, и пригрозил, что сам может рекрутировать европейскую молодежь.

Интересно, чего в той ситуации хотела сама Юля.

– Отозвали? – понимающе спросил Семен, едва увидев меня и прервав разговор.

 – Или отгулял свое?

– И отгулял, и отозвали, – сказал я. – Что-то стряслось? Привет, Юлька.

С Семеном мы почему-то никогда не здороваемся. Будто только что виделись. Да он и выглядит всегда одинаково – очень просто, небрежно одетый, с мятым лицом перебравшегося в город крестьянина.

Сегодня, впрочем, Семен выглядел еще непритязательнее обычного.

– Привет, Антон, – улыбнулась девушка. Лицо у нее было невеселым. Похоже, Семен проводил воспитательную работу – он на такие дела мастер.

– Ничего не стряслось. – Семен покачал головой.

 – Тишь да гладь. На той неделе взяли двух ведьм, да и то по мелочи.

– Ну и славно, – стараясь не замечать жалобный взгляд Юльки, сказал я. – Пойду к шефу.

Семен кивнул и повернулся к девушке. Входя в приемную, я успел услышать:

– Так вот, Юля, я шестьдесят лет тем же самым занимаюсь, но такой безответственности…

Суров он. Но ругает только по делу, так что спасать Юльку от беседы я не собирался.

В приемной, где теперь мягко шелестел кондиционер, а потолок был украшен крошечными лампочками галогеновой подсветки, сидела Лариса.

Видимо, Галочка, секретарша Гесера, в отпуске, а дел у наших диспетчеров и впрямь немного.

– Здравствуй, Антон, – поприветствовала меня Лариса. – Хорошо выглядишь.

– Две недели на пляже, – гордо ответил я.

Лариса покосилась на часы:

– Велено тебя сразу впустить. Но у шефа еще посетители. Пойдешь?

– Пойду, – решил я. – Зря, что ли, спешил.

– К вам Городецкий, Борис Игнатьевич, – сказала Лариса в интерком. Кивнула мне: – Иди… ох, там жарко…

За дверью Гесера и впрямь было жарко. Перед его столом маялись в креслах двое незнакомых мужчин средних лет – мысленно я окрестил их Тонкий и Толстый.

Потели, однако, оба.

– И что мы наблюдаем? – укоризненно спросил их Гесер. Покосился на меня. – Проходи, Антон. Садись, я сейчас закончу…

Тонкий и Толстый приободрились.

– Какая-то бесталанная домохозяйка… извращая все факты… опошляя и упрощая… делает вас по всем статьям! В мировом масштабе!

– Потому и делает, что опошляет и упрощает, – мрачно огрызнулся Толстый.

– Вы велели, чтобы «все как есть», – подтвердил Тонкий.