Дозоры

— Долго тут не выдержу, — шепнул я, открывая дверь. На этом уровне она, конечно же, не была заперта.

Под ноги метнулся темно-серый кот. Для котов не существует обычного мира и сумрака, они живут во всех мирах сразу. Как хорошо, что у них нет настоящего разума.

— Кис-кис-кис, — прошептал я. — Не бойся, котик…

Скорее для пробы собственных сил я запер за собой дверь. Вот так, мальчик, теперь ты защищен чуть лучше. Но поможет ли это, когда ты услышишь Зов?

— Выходи, — сказала Ольга. — Ты очень быстро теряешь силы. На этом уровне сумрака тяжело даже опытному магу. Пожалуй, и я выйду повыше.

Я с облегчением шагнул наружу. Да, я не оперативник, умеющий гулять по всем трем слоям сумрака. В общем-то у меня и нужды в этом не было.

Мир стал немножко поярче. Я огляделся — квартира была уютная и не особо загаженная порождениями сумеречного мира. Несколько полосок синего мха у двери… не страшно, сами сдохнут, раз основная колония уничтожена. Возникли и звуки, кажется, из кухни. Я заглянул туда."

"Мальчишка стоял у стола и ел чеснок, запивая его горячим чаем.

— Свет и Тьма… — прошептал я.

Сейчас паренек казался еще младше и беззащитнее, чем вчера. Худой, нескладный, хотя и слабым его не назовешь, видимо, занимается спортом. В линялых голубых джинсах и синей футболке.

— Бедолага, — сказал я.

— Очень трогательно, — согласилась Ольга. — Распустить слух о магических свойствах чеснока — это был удачный ход со стороны вампиров. Говорят, сам Брэм Стокер это и придумал…

Мальчишка сплюнул на руку пережеванной кашицей и стал натирать шею чесночным пюре.

— Чеснок — полезная штука, — сказал я.

— Да. И защищает. От вирусов гриппа, — добавила Ольга. — Ох! Как легко умирает истина, как живуча ложь… Но мальчик и впрямь силен. Ночному Дозору не помешает новый оперативник.

— Он наш?

— Пока он ничей. Несформированная судьба, сам видишь.

— А к чему тяготеет?

— Не понять. Пока не понять. Слишком напуган. Сейчас он готов сделать все что угодно, лишь бы спастись от вампиров. Готов стать Темным, готов стать Светлым.

— Не могу осуждать его за это.

— Конечно. Пойдем.

Сова вспорхнула, полетела по коридору. Я пошел следом. Мы сейчас двигались раза в три быстрее, чем люди, один из основных признаков сумрака — изменение хода времени.

— Будем тут ждать, — велела Ольга, очутившись в гостиной. — Тепло, светло и уютно.

Я сел в мягкое кресло возле столика. Покосился на газету, валяющуюся на столике.

Ничего нет более веселого, чем читать прессу через сумрак.

«Прибыли от кредитов падают», — гласил заголовок.

В реальности фраза выглядит иначе. «На Кавказе растет напряженность».

Можно взять сейчас газету и прочитать правду. Настоящую. То, что думал журналист, сляпавший статью на заданную тему.