Дозоры

Теперь – растерянно. Кажется, он не сумел распознать во мне Иного. Поэтому я ему помог.

– Темный, – пробурчал он несколько позже, мне показалось, что с некоторым облегчением, и тоже представился: – Захар Зелинский, Иной. Вольнонаемный Ночного Дозора. Пройдемте-ка…

В его тоне явственно читалось стандартное «п'наехали в нашу Ма-аскву…» Иные невольно тащили в свои отношения человеческие модели и стереотипы. Наверняка ведь этот Светлый недоволен каким-то там приезжим провинциалом и тем, что возникла необходимость отрывать задницу от стула, а взгляд – от газеты и тащиться к рабочему компьютеру, возиться с регистрацией…

Посреди стены нашлась еще одна дверь, но увидеть ее простой человек ни за что не смог бы.

А открывать ее и вовсе не было нужды – мы прошли сквозь стену и сквозь серый сумрак, враз заполонивший все вокруг. Движения стали мягкими и замедленными, и даже лампа под потолком стала заметно мерцать.

Вторая комната выглядела куда презентабельнее первой. Сержант сразу уселся за ладный столик, к компьютеру, а мне предложил устроиться на пухлом диване.

– Надолго в Москву?

– Еще не знаю. Думаю, не меньше чем на месяц.

– Предъявите, пожалуйста, постоянную регистрацию.

Он мог бы увидеть ее и так, зрением Иных, но, похоже, правила обязывали к простейшему методу.

Куртка и так уже была распахнута, поэтому я только задрал свитер, рубашку и футболку. На груди у меня засияла синеватая метка украинской постоянной регистрации. Сержант считал ее пассом ладони и немедленно зашуршал клавиатурой. Некоторое время сверялся с данными, потом снова зашуршал, отомкнул массивный сейф, запертый, кстати, не только на замки, извлек что-то оттуда, сотворил необходимые процедуры и, наконец, метнул в меня сгустком синеватого света.

Вся верхняя часть тела на миг залилась огнем, а секундой позже у меня на груди красовались уже две печати. Вторая – временная московская регистрация.

– Регистрация временная, но в принципе бессрочная, – пояснил сержант без особого энтузиазма. – Поскольку вы в нашей базе значитесь как исключительно законопослушный Темный, мы можем пойти вам навстречу и позволить бессрочную. Надеюсь, Ночному Дозору не придется менять мнение относительно вас. Печать самоуничтожится, как только вы пробудете за пределами Москвы сутки.

Если придется выезжать на срок более суток – уж не обессудьте, надо будет зарегистрироваться повторно.

– Понял, – сказал я. – Спасибо. Я могу идти?

– Идите… Темный.

Сержант несколько мгновений помолчал, потом запер сейф (не только на замки), компьютер оставил как есть и приглашающе повел рукой в сторону выхода."

"Уже в замызганной комнатенке он нерешительно уточнил:

– Простите, а кто вы? Не вампир, не оборотень, не инкуб, не ведьмак, это я и так вижу. И не маг, по-моему.