Дозоры

Сквозь сумрак скользнул мысленный приказ, и наш оборотень бросился к подъезду, на ходу сбрасывая одежду и превращаясь в волка. Мы продолжали подпитывать силой Эдгара, и тот вновь пошел вперед, даже ухитрившись оттеснить Илью внутрь квартиры. Потом из-за спины Эдгара вынырнул огромный волк и, не обращая внимания на магов, бросился вперед.

Хорошая идея. Вот только из глубины квартиры навстречу оборотню ударил огненный разряд. Кто-то из остававшихся в резерве Светлых вступил в схватку. И сразу показал, что речь идет не о шуточках.

На оборотне вспыхнула густая бурая шерсть, он подпрыгнул, замолотил лапами, закрутился на полу, пытаясь сбить пламя.

Ему бы сейчас продолжать атаку, был бы шанс достать мага, прежде чем тот подготовит второй файербол…

Но, видимо, он и впрямь засиделся на вахте.

Виталий все пытался сбить пламя, а из темноты в него ударяли новые разряды. Второй, третий, четвертый… Брызнула кровь, полетели горящие ошметки плоти. Волк взвыл и затих – лишь подергивались задние лапы, между которыми безвольно лежал пылающий, словно бенгальский огонь, хвост. Это было даже красиво.

У меня на груди хрустнул и разлетелся мелкими осколками амулет – маленький хрустальный кувшинчик с запаянной внутри капелькой красной жидкости.

Плохо дело. Это был одновременно и знак – у меня кончалась сила – и последний резерв. Капля крови женщины, что умерла, рожая Темного Иного – очень сильный источник энергии, но и его хватит ненадолго.

– Лена! – отдала приказ Лемешева.

Я опять почувствовала бессловесный приказ, и Лена медленно, словно сомнамбула, вышла из Круга. Правая ладонь опустела, транс тоже отступил на несколько секунд, прежде чем Анна Тихоновна потянулась ко мне.

Но за это время я увидела, что внутри нашего Круга стоит раскладной столик из черного дерева, на столике лежит тонкий клинок из вороненой стали. А Лена уже стояла у песочницы, замерев над играющими детьми, будто выбирая из них…

– Девочку! – крикнула Лемешева. – От одной девочки больше толку, чем от двенадцати мальчиков!

Теперь я все поняла. Все, кроме одного – откуда у Анны Тихоновны право на жертвоприношение и почему она решила потратить такую силу на спасение какой-то заурядной ведьмы!

Но тут Лемешева сжала мою руку, и я снова стала лишь безвольной частью Круга Силы.

Эдгар, уже оттесненный в угол лестничной клетки – теперь его не выпихивали, его пытались раздавить о стены, – вскинул руку:

– Остановитесь!

Как больно…

Круг пил из меня последние капли энергии. А Ольга уже не отдавала ни капли, она была выжата насухо и стояла между нами, подергиваясь, будто попав под оголенный провод, и Жанна тихо стонала, опуская голову все ниже и ниже на грудь…

– У нас есть право на жертву, – холодно сказал Эдгар.