Дозоры

– Ваш зоотехник – Светлый?!

– У-у, паря, – прищурился Ленька, – да на тебе чегой-то лица не осталося. Что стряслось-то? Из-за чего така паника?

– Я не понимаю… Почему в общине – Светлый? Почему Хозяин это допускает?

– Что значить – допускат? Это он и придумал, чтобы тут все вместе были.

– Как это – вместе? – похолодело у Кольки внутри.

– Ну а для чего ж, по-твоему, обшчина-то создана?! – поразился Ленька. – Для этого самого и создана! Хозяин собрал туточки всех Иных, которы были в доступности и которы могли ему пригодиться. И из полезных людишек кой-кого, навроде композитора. Ну и местные, кто здесь уже жил, те и остались. В обшчем, ежельше подсчитать… – Ленька замялся, почесал под кепкой. – Ежельше подсчитать, выйдет, наверно, что здеся штук сто пятьдесят Темных, штук шишнадцать Светлых и до пятисот обыкновенных людей.

– Но… зачем? – совсем тихо спросил Крюков.

– Да как же?! – Ленька растерянно улыбнулся. – Я чегой-то в толк не возьму… Э-э, паря, да ты меня, похоже, в тот раз недопонял! Ты, ежельше обшчество Темных искал, должон был не сюда, а в Дневной Дозор поступить! Там бы тебе все одного цвета были, да людишки на побегушках в придачу. А у нас такого разделения нету, мы тут все одинаковы. Мы тут и живем вместе, и работам, и решения совместно принимам, и таки дела проворачивам, что Дозорам и не снилось! Все друзья, все братья-сестры.

– И для чего же все это?"

"– Эх, ты, дуро! – снисходительно хлопнул он Николая по плечу. – Вот ты знашь, в чем слабость кажного Дозора? Да в том, что они за пределы своего цвета вышагнуть не могут! А значицца – возможности ихние ограниченны. Да ышшо и грызуцца меж собой. Ну, это, к примеру сказать, навроде двое вышли боксом драцца: у одного лева рука ампутирована, у другого – права, зато он левша. Кто кого заборет? А Хозяин вылепил такого бойца, у которого обе руки на месте. Такой, ясен перец, сильнее тех двоих будет! И силушка с кажным новоприбывшим токма вырастает.

– Это как Инквизиция, что ли?

– У Инквизиции друга́ слабость имецца, – хмыкнув, ответил Ленька. – Они хучь и двурукие, а себя выше всех ставют. На том и прокалываюцца. И с обычными людями они никаких отношений не имеють, не то что мы. А обычный-то человечек иногда такой дамкой могет стать!.. В обшчем, Хозяин со всех сторон предусмотрительный. И когда эта махина окрепнет и двинется по Сибири-матушке… Ох, не хотел бы я оказацца на месте тех, кто Хозяина принимать не захочет! Ты вот что: ты к утрему будь готов – поведу тебя с Хозяином знакомицца. Сынишку посимпатишнее принаряди.

* * *В дом Евгений заходить не стал, но и оставшись в машине – не смог удержаться, посмотрел на окна, ярко освещенные по причине утренних сумерек. Вставали в деревне рано, а Катерина, похоже, вовсе не ложилась.