Дозоры

– Пьянствуют много?

– Не-е, это себе дороже выходит, потому что бригадиры в нетрезвом виде до работы не допускают, за опоздание или невыход по причине похмелья – штрафы серьезные. Я так считаю: приехал деньги зарабатывать – работай, не расслабляйся, а отдыхать будешь, когда дело закончишь. Верно?

– Эх, Мишка, верно-то оно верно, кабы все так считали, как ты, – сокрушенно покачал головой пожилой милиционер. – Но тут тогда другой вопрос встает: куда ж ты деньги-то дел, ежели не пропил?

Бывший летчик вздрогнул так, что пролил на клеенку кипяток из чайника, снятого с электроплитки. Подержав чайник на весу и так и не наполнив чашки, он отставил его в сторонку, сел напротив Федора Кузьмича, положил руки на колени, как прилежный ученик перед учителем, задумчиво посмотрел куда-то в угол, затем спросил:

– А как ты про деньги узнал?

– Стал бы ты часы свои закладывать…

– Ну а про это-то откуда?! – вскричал несчастный Мишка.

– Откуда, откуда… – сердито передразнил его Денисов. – Ты за дурака-то меня не держи, я все ж таки оперуполномоченный с больши-им стажем работы! Я тебя, Мишка, почитай, ни разу после летного училища без твоих «Штурманских» не видел. Перед баней ты их, может, и снимаешь, а перед сном – навряд. Ну, допустим, снял. Ни возле топчана, ни на столе, ни на серванте их не видать, зато торчит в паспорте краешек квитанции из комиссионного магазина, который у нас один, да и тот в райцентре. Ты вчера почему вторым рейсом в Светлый Клин приехал? Да потому, что первым рейсом прямиком из Вьюшки ездил в райцентр, я так думаю. Идем дальше. Есть свидетели, которые лицезрели тебя днем: в одной руке – ящик с инструментами, в другой – сетчатая авоська с двумя бутылками азербайджанского вина «Агдам» и тремя бутылками коньяка «Юбилейный» из солнечной Армении. Ну а что такого? Человек две недели вкалывал на стройке, заработал деньгу, имеет право проставиться перед друзьями-односельчанами… Я пока нигде не напутал? Дальше мне видится следующее: почему-то вышло так, что проставиться тебе оказалось не на что. Вернуться в родное село без денег – стыдно. Ну, может, пообещал уже… кому там?.. Зойке, Витьке и Анюте, пообещал, что угостишь их, когда закончишь шабашить. Вы же вчера у Зойки распивали, вчетвером? Ну, вот. Пропить во Вьюшке заработанное ты не мог – сам сказал, что с энтим там строго. Ежели б обчистили тебя – ты бы наверняка к Гаврилову обратился и уж точно не расписывал мне, какие на стройке замечательные мужики собрались. Остается что? Потерял зарплату? Проиграл? Задолжал кому-то? И вот чтобы скрыть энтот факт, ты утречком, не заезжая домой, помчался в комиссионку, сдал туда самое ценное, что было с собой, купил дорогой алкоголь и со счастливым и гордым лицом честного труженика вернулся сюда.