Дозоры

– Как и Анну Мельникову? Неужели у них фантазии не хватает, если они дважды один и тот же прием используют?

– В первый-то раз прием сработал, верно? – напомнил Денисов. – Зачем изобретать велосипед, когда и самокат годится?

– Ну, собственно, именно поэтому я к вам и обратился, – признался Угорь. – Хотелось бы, чтобы вы помогли мне узнать, что это такое на самом деле, для чего служит, кем кулон был заряжен полсотни лет назад и так далее. Наверняка ведь на вашем участке есть… те, кто может быть в курсе? Если это отвлекающий маневр, то вы меня очень выручите, взяв на себя эти расспросы.

Ну а вдруг окажется чем-то интересным, полезным? Все, Федор Кузьмич, – заторопился он, – я бужу Викентия, и мы исчезаем. Пожалуйста, оставьте амулет у себя, заеду к вам… скажем, через неделю-другую. Хорошо?

– Ежели через неделю – это аккурат к новогоднему столу. Буду очень рад!

– Опять вы за свое! – нахмурил брови Евгений Юрьевич, но тут же рассмеялся. – Ладно… Заранее спасибо, Федор Кузьмич! Счастливо вам оставаться!

Каким образом Угорь будил райкомовского водителя, как им удалось так тихонечко одеться и ретироваться, Денисов не заметил, поскольку сразу же после слов дозорного жадно прилип к окну.

По единственной улице Светлого Клина полз красиловский «ДТ-75», за рычагами которого сидел тракторист из другого села. Полз трактор медленно, будто торжественно, ревом мотора и лязгающими гусеницами в клочья распарывая белое студеное безмолвие. К медицинскому кабинету не свернул, и Федор Кузьмич облегченно выдохнул. Время от времени копенка сена в скрипучей тележке начинала пошевеливаться, из-под нее выбирался кто-нибудь из бригады Бухарова, дожидался, пока трактор поравняется с родным домом, спрыгивал на ходу и припускал к крыльцу. Кто-то был серьезен, кто-то радостно улыбался, и все на бегу махали руками – односельчанам, прилипшим к окнам так же, как участковый, продавщице Райке, разумеется, курящей возле магазина, вернувшемуся в контору председателю Семену Семеновичу, но более всего – Кольке Крюкову, герою сегодняшнего дня. Парню, который рисковал собою ради них. Темному Иному, спасшему горстку обычных людей, замерзавших в тайге.

Глава 3

Домишко у Матрены Воропаевой был аккуратный, даром что крайний: крыша ладная, ставенки подновлены и покрашены в один тон с наличниками, крылечко крепкое, тропинка через палисадник не только лопатой почищена, но и метлой выметена, вплоть до серой от стылости земли.

Ежели идти от центра Светлого Клина к околице да посмотреть на избушку из низинки – совсем красота получается: она, избушка эта, на фоне вековых заснеженных сосен, с ровненьким забором и вьющимся над трубою дымком кажется невсамделишной картинкой.