Дозоры

– А что, Аесарон теперь главный в области?

– Берите выше – в трех сопредельных областях, – механически ответил Угорь, но тут же прекратил свой нервный бег и с удивлением поднял глаза на участкового: – Знакомы?"

"– Встречались, – уклончиво ответил Денисов. – Ты продолжай, продолжай.

Оперативник с сомнением покусал губы, затем хмыкнул, уселся на табуретку и, глядя куда-то в угол, вновь заговорил:

– Не знаю, какими правдами-неправдами… Ну, разве что накопала в архиве что-нибудь на Аесарона…

– Да проще все, проще! – снова перебил его хозяин кабинета, подходя к низенькому окну и выглядывая наружу.

 – Лет двадцать – двадцать пять назад Аесарон был большим любителем кино. А может, и чичас остается поклонником. У Темных тоже есть свои маленькие слабости. И сентиментальны они бывают – особенно старые маги. Рискну предположить, что он одобрил план бывшей актрисы Фирсовой, так?

– Так, – с запинкой подтвердил Угорь. – Но одобрения было мало – вмешательство такого уровня следует согласовать с Ночным Дозором. Конечно, наша сторона долго упорствовала, даже Инквизицию привлечь хотели.

Все-таки это неслыханно, чтобы человека использовали как батарейку!

Денисов закашлялся, чем несказанно смутил Светлого мага.

– Конечно, – поправился он, – мы так или иначе используем людей – и как волонтеров, и на уровне чистой энергии. Но, во-первых, не так интенсивно, во-вторых, вы прекрасно знаете, что Светлый, занявший у обычного человека хоть немного Силы, должен будет возместить все чуть ли не в пятикратном размере. Иначе хоть развоплощайся. Я сейчас не рассматриваю вампиризм и охоту оборотней – вы же сами понимаете, что тут от нас ничего не зависит.

Ну, кроме лицензий… В общем, для осуществления замысла требовалось объяснить все Сергею. То есть фактически раскрыться перед человеком. На первый аргумент ответила сама Фирсова: дескать, если обычный мужчина гробит свое здоровье, разгружая ночами вагоны или глотая в шахте угольную пыль, и все ради того, чтобы купить жене хорошую косметику и свозить ее на отдых в Крым, – это нормально, а если он осознанно готов пожертвовать несколькими годами своей жизни, то это уже является чудовищным преступлением? Второй аргумент парировал Аесарон: как раскроемся, так и запретим раскрываться ему. То есть ни с кем, кроме Иных, Сергей говорить на эту тему физически не сможет. Ночной Дозор долго обсуждал вопрос, искал прецеденты в прошлом, любую возможность наложить категорический запрет, но в результате вынужден был дать добро, выдвинув несколько требований. Для начала – установить предел омоложения, не то, увлекшись, Фирсова могла бы дойти до возраста юной девушки, превратив своего мужа в немощного старика.