Дозоры

Еще один охранник стоял у лестницы, ведущей вниз, в рестораны. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять: на него уже воздействовали, и совсем недавно. Хорошо хоть воздействовали весьма поверхностно.

И очень хорошо, что вообще сочли нужным воздействовать. Это ведь палка о двух концах.

Охранник открыл рот, готовясь заорать.

— Молчать! Пошли! — коротко велел я.

Так и не произнеся ни слова, охранник двинулся за мной."

"Мы вошли в туалет — маленький бесплатный аттракцион башни, самый высокий писсуар и пара унитазов в Москве, не угодно ли оставить свой след среди облаков. Я повел ладонью — из одной кабинки, застегивая штаны, выпорхнул прыщавый подросток, мужчина у писсуара крякнул, но прервался и с остекленевшими глазами побрел прочь.

— Раздевайся, — велел я охраннику и стал стягивать мокрый свитер.

Кобура осталась полурасстегнутой, «орел пустыни» куда больше старины «макарова». Но меня это не особо волновало. Главное, форма пришлась почти впору.

— Если ты услышишь выстрелы, — сказал я охраннику, — то спустишься вниз и выполнишь свой долг. Понимаешь?

Он кивнул.

— Обращаю тебя к Свету, — произнес я формулу вербовки. — Отринь Тьму, защити Свет. Даю тебе взор отличать Добро от Зла. Даю тебе веру идти за Светом. Даю тебе отвагу сражаться с Тьмой.

Когда-то я думал, что никогда не смогу использовать право на привлечение волонтеров. Какая в подлинной Тьме может быть свобода выбора? Как можно ввязать человека в наши игры, если сами Дозоры были созданы в противовес этой практике?

Сейчас я действовал без колебаний. Воспользовался той лазейкой, что оставили Темные, поручив охраннику охранять их штаб, ну, просто на всякий случай, как держат в квартире маленькую собачку, не способную кусать, но умеющую тявкать. И этот поступок дал мне право качнуть охранника в другую сторону, потащить за собой. Ведь он не был ни добрым, ни злым, был самым обычным человеком, с умеренно любимой женой, пожилыми родителями, которым он не забывал помогать, маленькой дочкой и почти взрослым сыном от первого брака, слабенькой верой в Бога, запутанными моральными принципами, несколькими стандартными мечтами, — обычный хороший человек.

Кусочек пушечного мяса между армиями Света и Тьмы.

— Свет с тобой, — сказал я. И маленький жалкий человечек кивнул, просветлев лицом. В глазах вспыхнуло обожание. Точно так же несколько часов назад он смотрел на Темного мага, отдавшего ему небрежный приказ и показавшего мою фотографию.

Через минуту охранник, в моей мокрой и вонючей одежде, стоял у лестницы. А я шел вниз, пытаясь понять, что же собираюсь делать, если в штабе находится Завулон? Или другой маг его уровня?

Тут моих способностей не хватит даже на секундную маскировку.

Бронзовый зал.