Как он хотел ее назвать, осталось неизвестным – Дмитрий слегка стегнул Александра разрядом. Тот зашипел.
– А вот без этого, господин Высший, – с удовольствием произнес Дреер. – Ты теперь действительно нулевой маг. В прямом смысле.
Не теряя времени, он просканировал местность вокруг башни. Снова разве что не крякнул.
Александр на самом деле пришел один.
– Ты ответишь, наставник, – процедил Инквизитор.
– Отвечу. Потом. – Дмитрий ловко выдернул на расстоянии мобильник из его кармана. Аппарат скакнул в ладонь, как вареник в рот пузатому Пацюку в «Ночи перед Рождеством».
Анна разве что не пританцовывала на месте, глядя на Дреера с обожанием. Аура ее прямо-таки искрилась.
– Аня, вот что, – строго сказал Дмитрий. – Поднимайся наверх, где была, и жди меня там. Мне нужно поговорить с куратором. И не подслушивай, все равно ничего не услышишь. Книгу забери с собой. Александр, пропусти девочку.
Анна с опаской проскользнула по лестнице мимо Инквизитора. Тот смотрел на нее мрачно, но не сделал ни единого движения. Любую попытку не то что схватить, а даже потянуться к книге или самой девочке Дреер пресек бы в зародыше, и Александр это отлично понимал.
– Присядь, – посоветовал куратору надзиратель. – В ногах правды нет.
Он даже подвинул Александру единственный дряхлый стул, что оказался на площадке, – но тот пинком отбросил его. К удивлению Дреера, ветхий стул все-таки выдержал, не развалился.
– Ты, конечно, герой, но зачем же стулья ломать? – пробормотал Дмитрий, поднял взглядом и снова подвинул к Александру стул. Тот остро, настороженно глянул на него, но промолчал и все-таки сел.
Сам Дреер присел на лестницу.
– Непривычно без магии? – спросил Дреер.
– Бывало и хуже.
– Сколько тысяч лет назад?
– Не представляешь.
– Почему же, представляю. Я ведь знаю, кто ты.
– Откуда?
– Я же бывший учитель. А потому не привык отбрасывать самые безумные идеи. Одна из них настолько безумна, что похожа на правду. И еще у меня хорошая память на лица.
Дмитрий вытащил свой мобильник, вызвал на дисплей картинку и посмотрел на нее, а затем на собеседника, как будто сверялся.
– Дети у нас в школе сообразительные, сам видишь. Но мне самому в Праге все время лезло в голову, а кто же все-таки главный в Инквизиции? Почему его никто не видел?
– Потому что главного нет, – сухо высказал Александр.
– Может быть, их несколько, только хорошо конспирируются. А самое простое и гениальное, это когда Высшие маскируются под низший персонал. Древний, очень древний прием.









