Дозоры

— По-моему, кто-то обещал беречь это тело.

— А что плохого я ему делаю? Можешь поверить, организм в полном восторге.

— Ну-ну, — неопределенно отозвалась Светлана. — Потом поинтересуйся у Ольги, как она бережет фигуру.

Я заколебался, но все-таки разрезал очередную булочку на половинки и щедро намазал вареньем.

— А кому пришла в голову эта гениальная идея — спрятать тебя в женском теле?

— Кажется, шефу.

— Не сомневалась.

— Ольга его поддержала.

— Ну еще бы: Борис Игнатьевич для нее царь и бог.

В этом я слегка сомневался, однако промолчал. Светлана встала, пошла к шифоньеру. Открыла, задумчиво посмотрела на вешалку.

— Халатик наденешь?

— Чего? — Я поперхнулся булочкой.

— Так и будешь ходить по дому? Эти джинсы на тебе лопаются. Неудобно же.

— А какой-нибудь спортивный костюм найдется? — жалобно спросил я.

Светлана насмешливо глянула на меня, потом смилостивилась:

— Найдется.

Честно говоря, подобный костюм я предпочел бы увидеть на ком-нибудь другом. На Светлане, например. Коротенькие белые шорты и блузка. То ли в теннис играть, то ли трусцой бегать.

— Переодевайся.

— Света, я не думаю, что мы проведем весь вечер в квартире.

— Ничего. Все равно пригодится, значит, надо проверить, подходит ли размер. Одевайся, я пока схожу чай подогрею.

Светлана вышла, а я торопливо стянул джинсы. Начал расстегивать блузку, путаясь в незнакомых, слишком тугих пуговицах, потом с ненавистью посмотрел на себя в зеркало.

Симпатичная девушка, что ни говори. Прямо хоть фотографируй для журнала мягкой эротики.

Торопливо переодевшись, я уселся на диван. По телевизору шла мыльная опера — поразительно, что Светлана включила этот канал. Впрочем, по остальным скорее всего то же самое.

— Прекрасно выглядишь.

— Света, ну не надо, — попросил я. — И без того тошно.

— Ладно, прости, — легко согласилась она, усаживаясь рядом. — Так что нам необходимо делать?

— Нам? — с легким нажимом повторил я.

— Да, Антон. Ты же не зря пришел ко мне.

— Тебе я должен был рассказать, в какие неприятности влип.

— Допустим. Но раз шеф, — слово «шеф» Светлана ухитрилась произнести чрезвычайно вкусно, с уважением и с иронией одновременно, — позволил тебе раскрыться передо мной, значит, я должна тебе помочь. Хотя бы по велению судьбы, — не удержалась она.

Я сдался.

— Мне нельзя оставаться одному. Ни на минуту. Весь план строится на том, что Темные сознательно жертвуют своими пешками — либо уничтожают их, либо позволяют умереть.

— Как в тот раз?

— Да. Именно. И если эта провокация направлена на меня, то сейчас произойдет еще одно убийство. В тот момент, когда у меня, ну, по их мнению, конечно, не будет алиби.

Светлана смотрела на меня, подпирая подбородок руками.