23
0А наше — убивает сам Сумрак. Мы все эгоисты, Антон. Мы все готовы на любые поступки, чтобы защитить себя. Тигр — не исключение. Наше пророчество должно умереть с нами — или исполниться. Любой шаг ведет к поражению.
— В шахматах это называется цугцванг, — внезапно сказал Кеша.
Я посмотрел на него и спросил:
— А ты не знаешь, что мне делать?
Кеша глянул на меня как на идиота. И воскликнул:
— Мне десять лет, откуда мне знать?"
"— В кино в критической ситуации маленький ребенок всегда подсказывает герою гениальный ход, — сказала Арина. — Не удивляйся, Кеша. Когда взрослые мужики не знают, что им делать, они не то что ребенка — они даже женщину готовы выслушать… Антон, ты уж решайся.
— Ты можешь перезарядить сферу? — Я протянул ей мраморный шарик.
— Кирдык ей, — осмотрев артефакт, ответила Арина. — Она не была рассчитана на то, чтобы тащить сквозь пространство четверых Иных. Если не сдохла до конца, то лет пять отлеживаться будет. Жалко, уникальная вещь, открывает порталы откуда угодно и когда угодно, в любых обстоятельствах… Нет, Антон. Больше не убежать.
— Можно, я возьму конфету? — спросил Кеша.
— Конечно, — радушно согласилась Арина. — Могу и хлебушка с молоком дать. Надя, а ты будешь молочка с хлебушком?
Здоровая психика у пацана. Интересно, что это значит? Ведь он пророк; если мы сейчас погибнем, он должен это предвидеть.
Значит, я решился?
— Я покурю, Арина, — сказал я. — Хорошо?
— Дверь открыта, — спокойно сообщила ведьма, доставая из буфета разнокалиберные чашки.
— Не боишься, что Тигр уже там и он меня прихлопнет? — спросил я, открывая дверь.
— Так это же все проблемы решит! — воскликнула Арина. — Неужто дочка за папу не отомстит?
Надя испуганно посмотрела на меня:
— Папа, не ходи!
— Надя, не бойся, — сказал я.
Надя секунду помедлила, потом покачала головой:
— Извини, папа. Сумрак словно кипит. Там такая рябь и пузырики…
Не представляю, что и где она видела. На мой взгляд — Сумрак был как Сумрак. Самый обычный.
На первом слое, во всяком случае.
Я вздохнул, открыл дверь и вышел в вечерний лес. Домик Арины стоял посреди леса, без всяких заборов, огородов и прочих излишеств.
Единственное, что тут имелось из удобств, — это поваленное дерево неподалеку. Очень удачно упавшее и слегка зачищенное от веток, так, что оно превратилось в некую природную скамью.
Я постоял, глядя на дерево и того, кто на нем сидел.
Потом подошел, сел рядом, достал сигареты и спросил Тигра:
— Будешь?
Некоторое время молодой человек в строгом деловом костюме и светлом плаще молчал, глядя на меня. Потом сказал:
— Курить вредно для здоровья.
— Иным можно, — отмахнулся я.
