1
0Возможно, твоему нужно больше времени, чтобы вызреть, и ты станешь кем-то необыкновенным. Разрушителем или тоннельником.
– Не знаю… – Я не любила заниматься самообманом, однако мне отчаянно хотелось верить Тайлеру.
Я попыталась забрать руку, Тай ее не отдал. Он пристально смотрел на меня, а расстояние между нами практически совсем исчезло: моя согнутая коленка, укрытая пледом, упиралась в его бедро. Я еще придерживала ткань у груди, но в разрезе виднелась обнаженная шея и яремная венка, обе ключицы бесстыдно выставлены напоказ, и шрам, которого я больше не стеснялась, потому что он был и останется частью меня.
– Еще один вопрос, Дейрон, – тихо спросил Тайлер. – Может, уже объяснишь, что там за история с иголкой и значком?
Я поежилась. Столько времени прошло, а меня до сих пор передергивало от воспоминания: тонкая иголка входит под кожу, я стискиваю зубы, чтобы не выдать боль. «Не доставлю ему такого удовольствия!» – думаю я в этот момент. Неотрывный взгляд Эйсхарда глаза в глаза и его бесцветный голос: «Поздравляю».
– Ты правда не помнишь?
Я не знала, чему верить. Своей памяти или его теплой руке и переплетенным пальцам, его чуть приподнятой в ожидании ответа брови.
– Когда меня назначили звеньевой, ты прицепил мне на воротник звезду, – медленно начала я, следя за выражением его лица: если Ледышка обманывает, он себя выдаст.
Ледышка. За сегодняшний вечер я впервые мысленно назвала его так.
– И проткнул иглой не только ткань, но и кожу. Специально, – продолжала я. Брови Тайлера приподнялись выше, в глазах наконец-то появилось понимание. – Хотел сделать больно. Тебе удалось.
– Куда я смотрел, Алейдис? – спросил он, видимо, совершенно не собираясь оправдываться.
Я повела плечом, мол, куда-куда – на мое лицо, наслаждался реакцией.
– Куда? – повторил он. – На значок?
– Мне в глаза! – взорвалась я и снова попыталась отобрать руку, но меня снова не отпустили. – Думал, я расплачусь? Я не плачу, Тай.
– Я знаю, – произнес он куда более мягко. – Хотя иногда можно, колючка. Но, если я смотрел тебе в глаза, как я мог понять, что игла ранила тебя? Я был зол в тот момент, считал, что человек, носящий фамилию Дейрон, не достоин стать командиром звена.
Эйсхард глядел на меня чуть исподлобья, ожидая теперь, что я отвечу. Я молчала. Эта проклятая иголка всю душу мне вывернула наизнанку, в тот миг я поклялась себе, что не уступлю, что не сдамся, что никто и никогда больше не причинит мне боли.
– Ты все равно меня ненавидел… – буркнула я и вскинула взгляд. – Ненавидишь. До сих пор. Ничего другого я не слышала.
– Я ненавижу… имя Дейрон.
