2
0Каждое твоё блюдо пробуждало в нас забытые способности, а эти мальчишки оказались особенно восприимчивыми. Ты сделала для нас больше, чем мы могли мечтать, — сказал он, поворачиваясь ко мне. — Ты вернула нам нашу суть. Наших духов.
В его словах была такая благодарность, что я почувствовала, как к горлу подступает комок.
— Я… я просто готовила еду, — пробормотала я. — Хотела помочь.
— Именно поэтому и получилось, — улыбнулся Торг. — Магия, творимая из желания помочь, всегда сильнее магии принуждения или выгоды.
Он обвёл взглядом огород, где в звёздном свете серебрились листья овощей.
— Завтра я расскажу об этом Совету. Впервые за долгие годы я чувствую, что перемены возможны.
Перед уходом я сорвала пару молодых листиков свёклы — они были нежными, сочными, с красноватыми прожилками — и набрала горсточку земли с огорода, вдруг вспомнив о рецепте, прочитанном в одной из книг. Первый урожай заслуживал особого блюда — чего-то, что отметило бы это важное событие и укрепило связь орков с землёй.
Вернувшись к себе, я была слишком взволнована, чтобы ложиться спать. Поэтому, вытащив из шкафчика все книги, принялась листать страницы, пока не нашла именно то, что искала — рецепт «Хлеба единения с землёй», древнего орочьего блюда, которое готовили во время праздника урожая.
Я принялась за подготовку теста, используя муку из запасов и воду из горного источника. Но главными ингредиентами были щепотка земли с нашего огорода — той самой земли, которая откликнулась на заботу Грока и Зубы, — и измельчённые листики свёклы.
Замешивая тесто, я напевала древнюю орочью песню, которую пела Горха, готовя для меня отвар. Мелодия была простой, ритмичной, под неё хорошо работалось. А магия текла легко, пропитывая каждую крошку теста силой земли и роста.
«Пусть этот хлеб укрепит связь с землёй, — мысленно обратилась я к невидимым силам. — Пусть орки вспомнят, кто они такие. Пусть духи предков благословят новое начало».
Когда хлеб был готов, я, наконец, легла спать. Но даже во сне я видела зелёные поля, где орки работали рядом с растениями, говорили с землёй и получали в ответ богатые урожаи.
Глава 21
Громкий стук в дверь разорвал утреннюю тишину. Я рывком села на кровати, сердце вдруг бешено заколотилось в груди, а в голове ещё кружились обрывки снов о зелёных полях и цветущих растениях.
Стук повторился — настойчивый, не терпящий отлагательств. В нём слышалась едва сдерживаемая паника.
— Эмма! — послышался приглушённый голос Грока сквозь деревянную дверь.
