2
0
— Кто-то явно хорошо нажился на этом, — с горечью произнесла, убирая окровавленные тряпки.
— Также, согласно отчётам, численность тварей стабильно снижается благодаря «работе орочьих патрулей». А на деле их становится больше, и появляются новые, более опасные виды, — продолжил магистр. — Кто-то годами обманывал его величество, присваивал средства и подтасовывал данные.
Адриан замолчал, некоторое время внимательно за мной наблюдая, а затем, закрыв глаза и криво усмехнувшись, продолжил:
— Мне необходимо лично доложить его величеству обо всём, что я обнаружил. Но вот проблема — барьер кто-то изменил, и я не могу покинуть общину.
Глава 26
Следующие три дня магистр провёл в постели — его рана категорически отказывалась заживать. То, что поначалу казалось обычными царапинами от когтей, превратилось в серьёзную проблему. Края ран воспалились, кожа вокруг них приобрела нездоровый красноватый оттенок, а из глубоких борозд начал сочиться гной.
— Проклятье, — пробормотал Адриан во время моего очередного визита, морщась от боли, когда я меняла повязку. — Обычно целительные мази справляются с подобными ранами за сутки.
— Видимо, когти воздушников содержат какой-то яд, — предположила я, осторожно промывая рану чистой водой. — Гром говорил, что их слюна едкая.
— Превосходно, — язвительно заметил магистр. — Значит, я не просто ранен, а ещё и отравлен неизвестной нам отравой.
Обычные лекарственные мази, настойки и отвары, которые мне принесли орчанки, оказались бесполезными. Воспаление только усиливалось, температура поднималась, а Адриан становился всё более раздражительным и слабым.
На третий день я обратилась к Горхе.
— Помоги, — попросила я, когда орчанка пришла посмотреть на мага.
Горха внимательно осмотрела рану, принюхалась к гнойным выделениям и мрачно покачала головой.
— Яд воздушника, — констатировала она. — Кровь портит, силы отнимает. У людей быстро к сердцу доходит.
— И что делать? — спросила я.
— Есть один корень, — медленно произнесла Горха. — Горький корень очищения. Наши предки им лечились, когда впервые столкнулись с тварями. Но он очень сильный. Может помочь, а может…
Она недоговорила, но я поняла — может и убить.
— Попробуем, — решительно сказала я. — Хуже уже не будет.
Горха ушла и вернулась только через час с горсткой странных корешков — толстых, узловатых, почти чёрного цвета. От них исходил резкий, горький запах, от которого першило в горле.
— Варить час, не меньше, — проинструктировала она. — И пить маленькими глотками. Много сразу — смерть.
Целебный отвар получился настолько горьким, что Адриан поморщился уже от запаха. Но пил покорно, понимая, что выбора нет.
