Держи меня, Земля!

На хмурую складку между его бровей. На тревожно сдвинутые брови.

— Прости меня, — сказал он, не сводя с неё глаз. — Но другого раза у меня просто может не быть.

И быстрее, чем Лера успела понять, что он хочет сделать, его руки скользнули под куртку, а губы накрыли её приоткрытый для невысказанного вопроса рот.

Она забыла, что хотела спросить, когда он привлёк её к себе… но это единственное, что она забыла.

Лера упёрлась руками в его грудь. Мягко, но решительно. Он моментально отстранился.

— Прости, — сделал он шаг назад, упёрся затылком в дверь и закрыл глаза. — Ничего не говори.

Лера опустила руки, глядя как вздымается его грудь, и промолчала.

— Понял. Зря. Зря я это сделал, — он со всей силы ударил головой в дверь, потом распахнул её рывком и выбежал на лестницу.

К тому времени как Лера всё закрыла и спустилась, Кирилл стоял на улице, подняв лицо к небу, и холодный сырой ветер шевелил его волосы.

— Ключи, — протянула Лера связку.

Он поднял руку, но вместо того, чтобы их взять, сгрёб её в охапку. Обнял двумя руками и с силой прижался губами к волосам. Словно боялся сболтнуть что-нибудь лишнее. И окна всех домов этого маленького квадратного питерского дворика смотрели на них. Может, и осуждающе, но Лере показалось, что просто грустно.

— Знаю, я не должен был, — наконец, нарушил Кирилл молчание.

— Забудем?

— Да, — кивнул он. — Прости меня, если сможешь. И забудь.

— А ты? — посмотрела Лера на него с недоумением.

Он усмехнулся.

— А я уже не смогу.

Он открыл Лере дверь такси, когда в смятении, преодолев небольшое расстояние до подворотни, она подошла к припаркованной у самой решётки машине.

— Не возражаешь, если я поеду с тобой? Надо забрать вещи из гостиницы. Там чек-аут до десяти. А нам по пути.

Кирилл словно оправдывался, стараясь на Леру не смотреть. Разве могла она возразить? И она совсем не понимала, что он сейчас чувствует. Она себя-то не понимала. Ей бы разгневаться, как полагается порядочной замужней женщине. Может, дать ему пощёчину. Может, послать его матом и куда подальше. Но это было не про неё. Единственное, о чём она сейчас сожалела, так это о дурацком вранье. Сказала, что посетила одинокую престарелую тётку, а сама и понятия не имела, жива ли она.

— А почему ты сразу не остановился здесь? — спросила Лера, когда такси уже тронулось.

— Квартира была оплачена со вчерашнего дня, — Кирилл снова забился в самый угол. — А я вернулся позавчера.

— Да, ночевать на крыше было бы не очень удобно, — улыбнулась Лера миролюбиво. А почему не в нашей гостинице? У тебя же там люкс.

— От него отказались, когда вызвали меня в Кёльн. И для некоторых я до сих пор в Кёльне.

— А я так глупо соврала, — тяжело вздохнула Лера. — Мне надо было съездить к родственнице в Колпино. Мама просила.