3
0
Чуть наклонившись, я шёпотом спросил:
– Что с тобой творится в Запретных землях? Разное говорят…
– Что говорят? – тихо, но твёрдо перебил Скэриэл.
– Это сейчас не важно. Скажи мне…
– Это очень важно. Ты веришь чужим словам?
Больше не было смысла шептать, скрываться, бояться. Пути назад нет.
– Скэриэл, ты мне ответишь? Здесь и сейчас. Чем ты занимаешься в Запретных землях? – громче спросил я.
– Почему ты спрашиваешь?
– Твою мать, Лоу! – Тут я уже вскипел, не в силах больше ходить вокруг да около. – Ты ответишь нормально хоть на один мой вопрос?! Я устал от этого!
Скэриэл как-то натянуто улыбнулся, зарылся пальцами в свои волосы – хвостик сбился, и резинка соскользнула – и взлохматил их.
– Хорошо. – Он замолчал, собираясь с мыслями. Я не торопил. – В Запретных землях я вхожу в союз, который пытается помочь полукровкам и низшим.
– Союз? – Сказать, что я удивился, значит, ничего не сказать.
– Он подпольный.
– Ничего не понимаю, почему союз помощи должен быть подпольным?
– Это сложно объяснить. Мы пытаемся помочь нуждающимся, но есть люди, которым это не нравится.
– Но почему?
– Не знаю, замечал ты или нет, но в Октавии не жалуют тех, кто пытается улучшить жизнь полукровкам и низшим, – с иронией произнёс Скэриэл.
Я пропустил эту колкость мимо ушей. Не хотелось сейчас разводить споры."
"– Чем именно ты занимаешься?
– Помогаю людям встать на ноги, вылезти из дыры, которая их поглотила. Помнишь Отиса?
Я кивнул. Отиса я хорошо помнил, но как бы это ужасно ни звучало, не верил ни единому слову Скэриэла. Он говорил общими фразами, которые ещё больше запутывали ситуацию.
– Ты видел нас. Я пытаюсь снова отправить его в школу, отгородить от работы. Понимаешь?
– Кажется, да…
Я понимал только одно – Скэриэл считает меня полным идиотом. Те амбалы явно не за благородные поступки Лоу напали тогда на нас.
– У меня много врагов в Запретных землях, – заключил Скэриэл. – Я мешаю их бизнесу.
Я точно так же мешал Совету старейшин. Был нужен им, как пятая нога собаке. Чистокровные аристократы в Октавии упиваются властью, уровнем тёмной материи, которой они так кичатся. И, кажется, Люмьер не зря верил в меня. Возможно, я смогу многое изменить – пусть и не совсем так, как он надеется. Мысли, на которые навёл меня сеанс с миссис Рипли, с каждым днём казались всё более правильными.
– Знаешь, – встав, печально начал я, – иногда меня посещают странные мысли. Я злюсь на чистокровных, на тёмную материю, на чёртово разделение. И мне кажется, что без тёмной материи всем было бы лучше.
Прежде я не заговаривал о том, что тёмная материя губительна для нашей страны, а потому испугался, что Скэриэл не поймёт. Но если я хочу от него хоть какой-то честности, то должен хоть что-то приоткрыть сам.
