7
0
А второй — если всё настолько отличается от нарисованной моим альтер-эго картины…
Ни при чём здесь местные духи и коварные джинны! Айли использует чужую магию! И она позаимствовала чей-то дар, чтобы призвать меня?
Чей? Первая, единственная и правдоподобная версия — Леди Син. Это ведь у неё якобы дар заглядывать за грань здешнего мира! И с ней Айли общалась ровно перед тем, как в её теле появилась я! Значит…
Что это значит?
Я глянула на инквизитора с нездоровым интересом.
— И я с любым человеком так могу?
— В теории.
— А этот человек почувствует, что я его даром пользуюсь? Как вы?
— Не обязательно.
— А магия, которую я получу, может при этом быть сильнее той, что у, кхм, дарителя?
Эридан изогнул бровь. Мне было плевать — хотелось только ответов. Так что его снисходительную усмешку я мысленно засунула ему обратно в рот.
— Планируешь захватить власть над Талроном? С чего бы твоей магии быть сильнее? Ты не раскрыта и не обучена. И даже будь всё при тебе — нет, ты просто берёшь чужие квелья, не улучшаешь их.
Он явно не планировал, чтобы это звучало, как хорошая новость, но по венам потекло тепло.
Значит, Синдарин способна меня вернуть. И я тоже должна быть способна себя вернуть! Правда же?
Только вот кое-что критически не ложилось в эту прекрасную картину.
Моя выборочная немота.
Почему у меня горло перехватывает, едва я пытаюсь сказать, кто я на самом деле?! Какая магия за этим стоит?! А что если Айли всё же врала мне и не хочет, чтобы я признавалась, возвращалась, бросала её? Но я ведь контролирую её тело! Во всём. Кроме этого бесконечно важного момента.
Я вдруг просто открыла рот и попыталась сказать:
“Послушайте, я не…”
Не Айли Весенняя Ночь. Этому, бесконечно опасному человеку передо мной я готова была во всём признаться!"
"Но с горлом всё оказалось по-прежнему. Секундный спазм перерос в мой болезненный хрип. А потом меня накрыло осознание: неужели я так отчаялась?
Здесь и сейчас я до дрожи в руках захотела домой. Прочь из этого мира! В свою уютную квартиру, к своим друзьям и родным, в своё тело!
Навестить родителей, обнять маму и дать ей погладить меня по голове — потому что после того, как на тебе порвали платье в закрытой комнате, хочется как минимум горячего чая и ласки близкого человека.
Хочется сменить обстановку и больше никогда не прикасаться к этой грязи.
Эридан воспринял моё смятение по-своему.
— Слушай, — вздохнул он как-то странно, снова морщась. — Кажется, мы не в тех отношениях, чтобы я тебя утешал. Но я бы не дал Гарлену над тобой надругаться. — Его зубы сжались. — Или ты считаешь меня полным идиотом?
Я наконец вынырнула из тяжёлых мыслей. Немного поражённо прищурилась.
— Вы там, в саду, что вообще делали? Шпионили за нами?
— Разумеется. Так и думал, что этот урод что-нибудь выкинет.
