2
0Не отсылайте меня.
Эдрик смотрел, как по щекам Лерии скатываются хрустальные слезинки. Красивая девушка откровенно говорила, что готова быть его любовницей. Она нравилась ему, но не настолько, чтобы потерять голову. Этот разговор ему не нравился.
— Лерия, давайте забудем то, что вы сейчас сказали. Вы достойны большего, чем быть любовницей женатого мужчины.
— Я постараюсь привыкнуть, хоть это непросто. Вы проводите меня в замок, я хочу повидать тетю Анцию?
Эдрик кивнул и поравнялся с Лерией. Не спеша они вместе въехали во двор, и Эдрик галантно помог девушке спешиться. Она, видимо, зацепилась ногой за стремя, потому что практически упала в его объятия.
— Светлого вам дня, ваша светлость, — нежным голосом проворковала Лерия, глядя ему за спину и не спеша высвобождаться из его полуобъятий.
Эдрик обернулся и увидел жену.
27.2
Ильеста вернулась в свои новые покои. Она равнодушно рассматривала богатое убранство комнаты, которая станет ее золотой клеткой. Нежеланная, нелюбимая жена.
Снова и снова у нее перед глазами прокручивалась сцена, как Эдрик обнимает Лерию Миртис. Видимо, они вместе катались верхом, вот почему он так рано поднялся.
Вскоре явился и муж. Виноватым он совсем не выглядел. Она смотрела на красивое лицо и золотистые волосы, и в сердце появилась боль. Они женаты всего несколько дней, а он уже начал обманывать ее. А может, и не переставал.
— Послушай, Ильеста, — начал Эдрик. — Я не хотел этого брака, так же как и ты.
«Гораздо больше», — подумала Ильеста. Красавца герцога заставили жениться на хромой калеке, когда у него был роман с самой красивой девушкой Алуэты. Она сама видела, насколько красива Лерия. Да они обнимались посреди бела дня!
— Но мне нужен ребенок. Роди мне сына, наследника, а потом я куплю тебе большое имение на юге. Слуги, наряды, драгоценности, — все, что пожелаешь. Уедешь и больше не увидишь меня, если захочешь.
— А если родится девочка? — упрямо спросила Ильеста. Она вспомнила судьбу матери, которая умерла, родив очередную дочь.
— Тогда ты будешь рожать до тех пор, пока у меня не будет сына! — Он рванул ее к себе, разрывая на груди нежный шелк синего платья.
Ильеста ахнула, попытавшись прикрыть руками грудь, но он прижал ее к себе, глядя сверху вниз холодными зелеными глазами.
— Тебе пора привыкать ко мне, дорогая жена, — и он обвел пальцами вершинки грудей.
Ильеста сжалась, пытаясь высвободиться. Сквозь тонкое платье она почувствовала, что муж возбужден.
— Пустите! — Вырвалось у нее.
Взгляд Эдрика потемнел, и он сделал шаг назад.
— Я тебе не нравлюсь, что же. Роди сына, и потом сможешь уехать. После этого можешь делать что хочешь, только не бесчести имя герцогини Алтуэзской.
— Это как? — вскинула голову Ильеста.
