Чудо для нефтяного магната

Говорю себе, что в этом нет ничего удивительного - в конце концов, я сам ставлю телефон на беззвучный, когда дочка спит, однако рука все равно тянется перезвонить.

Я не видел ее и Вику несколько дней, и от этого меня рвет на части. Вот так за короткое время эти две женщины заняли важнейшее место в моей жизни, и в их отсутствие я чувствую ломку. Без возможности приехать к ним в любое время, взять дочку на руки и поговорить с ее матерью."

"Разумеется, меня никто не выгонит, если я вдруг решу это сделать, но руководствоваться лишь собственными желаниями и наплевать на слова Тани будет по-свински.

Будто услышав мои мысли, звонит Алиса.

- Руслан, я на массаже была, не слышала. Чем занят? Пообедаем?

- Да, я как раз хотел предложить тебе встретится. Место можешь выбрать сама.

Алиса называет свой любимый ресторан в центре, и мы прощаемся. На душе тяжело. Я всегда стремился поступать по совести, но сейчас чувствую себя настоящим моральным уродом, который обманывал сразу двух женщин.

Открыв телефонную галерею, я в последний раз смотрю на фотографию Тани, держащей Вику на руках, после чего говорю водителю ехать к ресторану.

Алиса подъезжает с небольшим опозданием. Целует меня в щеку, долго и в восторгом рассказывает про нового тайского мастера, который творит с телом чудеса расслабления. Потом мы делаем заказ: Алиса выбирает зеленый салат и суп, я - только кофе.

- Как дела у отца? - спрашиваю я. - Есть новости?

- Я стараюсь не интересоваться, чтобы не расстраиваться лишний раз, — отмахивается Алиса.

Я перевожу тему, потому что хочу, чтобы она поела. Рассказываю про то, что моему отцу с каждым днем становится лучше, и что на днях я заключил контракт с венграми.

- Я подумала, что выберу себе новое платье на венчание, - неожиданно вставляет Алиса в середине моего повествования. - То было несчастливым.

Улыбнувшись, она тянется к моей руке.

- Я конечно не суеверная, Руслан, но мало ли. К счастью, второе свадебное платье я могу себе позволить.

Тогда я понимаю, что больше нельзя молчать. Позволять Алисе и дальше строить планы, которым не суждено осуществиться - это слишком.

- Алиса, я хотел с тобой поговорить.

Она опускает вилку и, все еще не прекращая улыбаться, вопросительно поднимает брови.

- Слушаю тебя. Ты такой серьезный что-то.

Серьезен, потому что и разговор нам предстоит серьезный. Я несколько дней о нем думал, гадая, правильно ли я поступаю. Понял, что правильно, потому что нет ничего хуже, чем обманывать самого себя.