Чертов нахал

Это ни с чем не сравнимое наслаждение – сидя на байке, ощущать любимую женщину за своей спиной.

Она действительно была моей женщиной. Но считает ли она меня своим мужчиной – вот в чем вопрос.

Мы подъехали к ее бунгало, рев мотора сменился стрекотанием цикад. Мы оба сидели в полном молчании. Она не спешила слезать с мотоцикла и не размыкала рук, обхватывающих мою талию, а я боялся даже пошевелиться.

Наконец, она заговорила. Голос ее был на удивление тихим.

– Я не буду вечно держать тебя в подвешенном состоянии, Чэнс. Обещаю. Это несправедливо. Но мне надо подумать.

Я схватил ее руки, все еще обнимающие мою талию, и крепко прижал их к груди.

– Я никуда не собираюсь уезжать в ближайшее время, Принцесса.

Она издала тяжелый вздох и спрыгнула с мотоцикла, а я остался сидеть на нем. В окне виднелась мордочка Пикси, с любопытством наблюдавшего за нами. Слепой козлик, как же!

Я игриво подергал Обри за распахнутую куртку.

– И когда я снова смогу тебя увидеть?

– Понятия не имею.

– Подумай об этом.

– Спасибо за сегодняшнюю поездку. Я ее никогда не забуду.

От ее последних слов у меня сжалось сердце.

– Ты просто молодчина, Обри. Мне не терпится повторить этот опыт.

По пути в гостиницу в тот вечер я принял нелегкое решение. Залягу-ка я на дно на некоторое время, чтобы предоставить ей свободу выбора. Говорят, если ты что-то отпускаешь и оно к тебе не возвращается, значит, так суждено судьбой и это просто не твое. Но учитывая, что в прошлом именно я оставил ее, боюсь, судьба окажется не на моей стороне.

Глава 25

Два дня спустя я принялся за строительство нового сарайчика на участке Обри. Будет удобно хранить все мои садовые принадлежности в одном месте вместо того, чтобы таскать их взад-вперед. К чести своей должен признать, к тому времени у Обри был уже самый прекрасный садик во всей Темекуле.

День стоял особенно жаркий, и мне захотелось немного остудиться. Чувствуя признаки обезвоживания, я решил, что пора прекратить работу, так как был вполне доволен ее результатами на сегодня.

Воспользовавшись ключом, я вошел в дом, чтобы утолить жажду и воспользоваться перед отъездом туалетом. Пикси уже привык к тому, что я захожу в дом, и даже глазом не моргнул, когда я появился в комнате.

Я не посылал Обри никаких сообщений со времени нашей поездки на байке и понятия не имел, как она настроена. Казалось, со времени нашего последнего разговора прошла целая вечность. Ключи к пониманию ее чувств и стремлений находились в этом доме, но я не мог позволить себе рыться в ее вещах, пытаясь что-то разнюхать, так как чувствовал себя при этом полным негодяям. К своему великому счастью, я не обнаружил явных следов недавнего пребывания Дика, и это меня изрядно порадовало. В доме и духа Дика не было, и душа моя пела.