Чертов нахал

Чэнс: Вот и отлично. Так что ты скажешь на мое предложение?

Обри: Завтра не могу. Как насчет воскресенья?

Меня охватило острое разочарование – так не хотелось проводить весь день впустую, в ожидании встречи.

Чэнс: В воскресенье я свободен.

Обри: Мне что-нибудь захватить с собой?

Чэнс: Я обо всем позабочусь.

Обри: Это меня пугает.

Чэнс: И правильно, бойся меня. ☺

Обри: Тогда до воскресенья.

Чэнс: Когда мне за тобой заехать?

Обри: Может, в полдень?

Чэнс: Отлично.

Она не ответила. Я не удержался и послал еще одно сообщение.

Чэнс: С нетерпением жду встречи.

Весь остаток дня и вечер пятницы я провел в подготовке к нашей воскресной поездке. Первоочередным делом была покупка шлема для Обри. В магазине я чуть не умер со смеху при виде шлема, стилизованного под полосатый черно-зеленый арбуз. В нем был вырезан треугольник, словно кто-то отрезал от него кусочек. Но я быстро сообразил, что она меня убьет, если я заставлю ее это надеть. Поэтому решил выбрать шлем другой модели, который идеально подходил для моей девочки.

Ездить с пассажиром мне было непривычно, поэтому я подправил заднюю подвеску, чтобы моей спутнице было удобнее.

Вернувшись в гостиницу, я полез в Интернет, чтобы выбрать маршрут следования и место, где мы могли бы отдохнуть. Мне приглянулся городок под названием Джулиан, расположенный в семидесяти шести милях от Темекулы. Значит, ехать нам придется около двух часов. Это гористая местность в часе езды от Сан-Диего, знаменитая своими яблочными пирогами. Это прекрасно – яблочные пироги для моей девочки, у которой попка словно спелые яблочки. Да, Джулиан действительно замечательно подойдет.

Я продолжал фантазировать с надеждой на то, что удастся уговорить ее остановиться там, чтобы поужинать и переночевать, но в то же время знал, что она на это никогда не согласится. Поэтому надо было планировать путешествие туда и обратно, чтобы вернуться в Темекулу не слишком поздно.

Наконец наступило воскресенье. Я приложил все усилия, чтобы выглядеть точь-в-точь как байкер из фантазии Обри. Облачившись в потрепанную коричневую кожаную куртку, светлые джинсы и сияющий черный шлем, я был исполнен решимости покорить сердце единственной женщины, которую я представлял сидящей за моей спиной на мотоцикле. Теперь я выглядел так, что Чарли Хаммер мог нервно курить в сторонке.

Вместо того, чтобы подойти к двери ее дома, я заставил мотор моего байка оглушительно взреветь, приглашая Обри выйти на улицу. Теперь все соседи были оповещены о моем прибытии."

"Обри, наконец, появилась на пороге, и сердце мое возликовало при виде ее улыбки. На ней была короткая, облегающая черная кожаная курточка, подчеркивающая грудь. Все, мне конец! Волосы Обри были распущены, джинсы заправлены в тяжелые черные кожаные ботинки.