9
0Будь на его месте кто другой, я бы давно мог валяться где-нибудь в канаве по кускам. Ты хоть понимаешь, что натворила?
— А нечего было врать и подставлять меня. Я когда увидела в сумке деньги…
— Во-первых, помнишь ведь, что не за просто так, от доброты душевной, согласилась помочь? Я обещал дать ложные показания вообще-то. И я собирался сдержать свое слово, — он говорил это так вдохновенно, словно уже давно и долго репетировал свою речь. — Во-вторых, тебе никто и не говорил «в сумке плюшевые игрушки». Ты просто не спрашивала! Ты взяла сумку, пообещала принести товар, и в итоге я не получил назад ни то, ни другое. В-третьих, какого черта ты вообще полезла в эту сумку? Что там внутри, тебя не касалось!
Я хватала ртом воздух, мысленно пытаясь отфильтровать всю нецензурную часть того, что рвалось ему в ответ:"
"— Не говорил? Тебя память не подводит случайно, Антон? — это прозвучало почти ласково, и я с удивлением обнаружила в собственном голосе знакомые нотки, принадлежащие Мирославу. Когда только нахвататься успела? Услышав их, парень невольно вздрогнул и вжал голову в плечи. — По твоим словам, в сумке были «документы», и мне нужно было просто передать их. Ни о каком «товаре» речи не шло. Ты даже не удосужился предупредить, что мне придется забирать что-либо!
В этот момент малышка громко заплакала, должно быть, напуганная нашей перепалкой. Я поспешила наклониться к ней и принялась успокаивать, а Антон наконец-таки тронулся.
Парень молчал всю дорогу, периодически бросая на меня сердитые взгляды. Ирочка же довольно быстро затихла и уснула в детской автомобильной люльке.
И все же перепалка с Антоном сделала свое дело. Я уже с куда меньшим волнением думала о встрече с Барсом.
Мы остановились у высокого здания где-то в центре. Едва припарковавшись, Антон выскочил из машины, открыл передо мной дверь, потом помог вытащить автолюльку, так как маленькая все еще спала.
«Боится, что начальник из окна посмотрит? У интерната он таким вежливым не был».
Однако вслух я сказала другое:
— Мирослав живет в бизнес-центре?
— Раньше у него там был офис, но потом он переделал под апартаменты.
Мы поднялись на восьмой этаж, это место неожиданно показалось мне знакомым. Что-то вроде дежавю, хотя я была уверена, что никогда не была тут раньше.
— Я… — мы вышли из лифта, и Антон остановился перед большой железной дверью. — Я могу погулять с малышкой, у меня в машине есть коляска. Если ты… то есть, я хотел сказать…
— Это Мирослав тебе приказал спросить? — его сбивчивое предложение мне совсем не понравилось. Уж кому-кому, а этому «артисту» я точно доверять ребенка не собиралась.
— Нет, но просто я подумал…
Понятно, решил выслужиться перед начальником.
— Спасибо, не нужно.
