6
0
— Мария?
Резко выпрямилась, услышав окрикнувший меня голос. Мирослав приехал. Юркнула к нему на переднее сиденье. Только попав в салон и содрогнувшись от контраста тепла и холода, поняла, как продрогла. Хорошо хоть куртка все еще была на мне, но застегнуть, выходя их интерната, я ее забыла и даже не заметила этого.
— Рассказывай, — скомандовал Барс.
— Иру кто-то забрал, похитил. Мирослав, мне нужна твоя помощь, мы должны спасти ее! — затараторила я, проглатывая окончания слов.
Мужчина кивнул и двинулся с места:
— Пока проедемся вокруг, посмотрим. Может быть, заметим что-то неожиданное.
— Я должна сейчас быть у директора… там он вызывает полицию и арбитров. Могут понадобиться мои показания.
— Поверь, если ты понадобишься арбитрам, они сами тебя найдут. Ребенка ведь похитили, пока тебя не было? Ну вот и пусть пока рассказывает тот, кто с ним сидел, — Мирослав внимательно смотрел по сторонам дороги, словно сканируя местность. — Волшебных детей просто так не похищают. Это мог сделать отец ребенка?
Я закашлялась, косясь на него.
— Хотела бы я знать."
"— Так, Мария, — он вздохнул. — В твоих интересах сейчас мне все рассказать. Если отец один из оборотней, и забрал ребенка именно он — то даже арбитры тебе его не вернут. По их законам ребенок принадлежит клану, если не было специального брачного контракта, как в случае моего отца, например. Давай начнем сначала. Чей это ребенок?
Я закрыла глаза, собираясь с духом. И со слезами в голосе прошептала:
— Это ребенок Ирины.
— Не слышу.
Я была уверена, что все он слышал и специально добивается того, чтобы я повторила, поэтому, не сдержавшись, я крикнула:
— Это ребенок Ирины! Она умерла, а у меня пошло молоко, и я решила выдать его за своего. Доволен?!
Ни один мускул не дрогнул на его лице. Я была уверена, что сейчас он снова начнет говорить мне про перемещение, про то, что ребенок даже не рожден тем телом, в котором я сейчас нахожусь, но, к его чести, такого не последовало.
— А что насчет оборотней? Ты уверена, что не они забрали малышку?
— При чем тут вообще оборотни… — я вцепилась пальцами в волосы, с силой оттягивая, причиняя себе боль.
— При том, ты же сама говорила про Песье.
— Ничего я не говорила! — я не понимала, почему он вообще вспомнил про это самое Песье. Похоже, решил, что я оказалась там потому, что отец ребенка был из этой деревни, но ведь не рассказывать же ему, как все обстояло на самом деле? Или рассказать?.. — Я… я ушла оттуда. Эти оборотни не имели никакого отношения ни ко мне, ни к Ирине.
Мирослав вывернул из Лебяжьего на трассу, и я хотела уже было попросить его вернуться обратно в поселок, меня в любой момент мог позвать обратно директор, могло что-либо измениться, появиться новая информация.
Зря я вообще села к нему в машину.
