2
0И когда посыпались черные искры, а громадный дракон, наводя ужас, взмыл в небо, выпуская струю пламени, почему-то лишь я не вздрогнула. Агардан был страшнее. И явно сильнее… И видение не дает покоя. Сколько ни убеждай себя, что мой лазурный, словно небо, дракон победит, в глубине души таится страх, разрастается. И хочется взмыть следом, атаковать… А я снова беспомощна и бесполезна! И могу только в бессилии наблюдать, как поляна горит от искр, когда драконы предстают в истинном обличье, поднимаясь ввысь, к тучам, где бьются в смертельной схватке.
В какой-то момент я оказалась на поляне одна, покрутила меч… Во всех легендах и преданиях говорится, что надо полагаться на свое оружие, доверять ему свою жизнь, особенно если оно древнее, наполненное чарами. Для меня же этот меч – тяжелая железка, которая никак не сможет защитить Ария, рычащего в небе.
От этого звука дрожит земля. И создается ощущение, что отзываются молнии, трезубцами разбиваясь совсем рядом. Даже в этот момент Арий кажется невыносимо прекрасным. Мой дракон. Мой…
Я так засмотрелась на бой Агардана и Ария, которых окружили драконы, предпочитая по какой-то причине не вмешиваться, что не заметила, как вокруг меня возникли тени. И когда чернота заволокла перед глазами весь мир, растерялась.
– Отпусти!
Голос у Ария хриплый, гневный. И я даже не сразу понимаю, в чем дело, пока не чувствую холодную сталь черного меча у себя на горле.
Мир снова приобретает краски. Темнота рассеивается. Арий, бледный и с рассеченной скулой, стоит в пяти шагах от меня. Фрам и Дар, чуть подальше, остальные драконы рычат в небе.
– Меч на землю!
Агардан не просит, приказывает. И Арий, не спуская с меня пронзительного взгляда, медленно опускает оружие. Оно падает с гулким звуком. Снова рычат драконы, но уже от бессилия, невозможности что-то изменить. Арий пойдет на все, чтобы меня спасти. Это понимают все и сразу. И страх уничтожает другие чувства, едва не выжигает их до основания.
– Блокируй способности.
Агардан лишь сильнее прижимает меч к моему горлу.
Я смотрю в глаза Ария. Синие, как верхушки гор, что сверкают в свете звезд. И пусть такими их видят только драконы… Никому и не надо знать правды.
Арий тает в моем взгляде. В нем нет ни обреченности, ни жалости, ни страха. Лишь нежность. Непоколебимая уверенность, что он поступает правильно, когда начинает шептать заклинание. И нет, сейчас не действует никакая магия, уже не чувствуется связь дракона и избранницы. Есть лишь любовь. Сильная, поглощающая. Она ложится между нами, опутывает. И в этот момент не нужны слова. Никакие.
– Отпусти.
Арий непреклонен."
"– Или желаешь, чтобы я еще отозвал драконов?
– Зачем же отзывать… Они должны видеть, как бесславно погибает их вожак.
Рев сотряс небо, гром ли, я не знала.
