1
0Во-вторых, ты ловелас, сердцеед, циник… В сети никогда не писали о твоих привязанностях, увлечениях. Предположу, что их нет. Ты пустой, Марк… Одна оболочка – красивая, не спорю, наглая, но внутри… Ни одной девушки за столько времени! А тебе уже… Напомнишь сколько?
– Плохо подготовилась, Танюш. Ты должна помнить возраст отца своей дочери. Это важная информация. Как и группа крови, резус-фактор… Хотя… Прости, ты выбрала меня из-за смазливой внешности. Оболочки, как ты выразилась. Все остальное не имеет значения. Как бык-осеменитель я состоялся на все сто.
Замолкаю, остро чувствуя обиду Марка. Мои слова его задели. Но разве я не права? Сказала как есть. Разве он другой? Конечно, нет! Иначе, в сеть хоть что-то просочилось бы. Тогда почему мне так не по себе? Словно я его несправедливо оговорила.
Замолкаю, притворяясь, что редактирую статью. Марк молча ведет машину, сделав радио погромче. И едет он, к моему удивлению, не в сторону выезда из города, а в центр. Асфальтированная дорога заканчивается, сменяясь гравийкой. Справа темнеют обшарпанные гаражи и хозяйственные постройки. Не понимаю, куда Стрельбицкий меня завез? Хочет свернуть мне шею и закопать?
Прищуриваюсь, разглядывая окрестности. Среди заснеженных лап высоких елей замечаю вывеску – «Лучший друг» – приют для бездомных животных.
– Идем, Тань.
Сначала оленья ферма, теперь приют… Наверное, Марк таким способом замаливает грехи?
– Держи одноразовый халат, – он протягивает мне сверток.
– А это еще зачем?
– Животные могут тебя испачкать.
Киваю и выполняю его пожелание. Следую за ним, цепляя взглядом аккуратные ряды новых деревянных будок, сложенные в поддонах мешки с кормом, лопаты, сетки, ведра… Здесь кипит бурная деятельность. Интересно, какое ко всему этому имеет отношение Марк?
– Марк Викторович, слава богу!
В тесную прихожую высыпают женщины. Одна из них – полная, невысокая, в грязном фартуке, держит в руках крошечного щенка. Другая – шатенка в очках, ведет на коротком поводке огромного лохматого пса.
– Как там Бобик? – спрашивает Марк. – Температура поднимается? Таня, в понедельник я привезу к тебе Бобика и Тимку, они поживут у вас месяцок.
– Что? А я... – задыхаюсь от неожиданности. – А почему бы тебе не взять их к себе?
– У Марка Викторовича сейчас трое на передержке, – с осуждением в голосе произносит шатенка.
– Я не понимаю…
Ну, наконец-то он отыгрался… Смотрит на мою беспомощность с нескрываемым наслаждением. Или… нет?
– Марк, что происходит? – спрашиваю я. – Что с этими собаками и…
– Это еще одно мое дело, – спокойно произносит Марк. – Не бизнес, а расходы. Я содержу этот приют, Тань.
– Марк Викторович – наше счастье, – всплакнув, отвечает полненькая. – Сюда столько животных привозят! Раненых, больных, избитых.
