12
0— Вчера ездили в гости к Тучке со Степкой, Вероника там увидела, как парни на роликах с клюшками гоняют — у них на участке площадка залита под волейбол, а ребята на ней летом на роликах тренируются. Ну и все, у Вероники куча вопросов — что это такое и зачем. Сегодня мальчишки повезли Нику на матч.
Марк испытывал острое желание сползти по стенке. Его дочь… его особый ребенок, который не выносит громких звуков — на хоккейном матче?! Где грубая публика, где все орту?! Нет, не зря у него сердце не на месте было! Не надо было Веронику тут оставлять!
— А вон они приехали, — воскликнула Лола, выглядывая в окно.
— Все?! — зачем-то выдохнул Марк — И Вероника тоже?!
— Конечно, все.
* * *"
"— Папочка, смотри, что у меня есть! — румяная, слегка растрепанная и страшно довольная Вероника сунула Марку под нос не что-нибудь, а шайбу! — Это мне Шу зубами поймал!
Александр Кузьменко широко улыбнулся, демонстрируя абсолютно целые белоснежные зубы.
— Конечно, зубами! — серьёзно кивнул он. А в разговор вступил младший из братьев — Марк вдруг понял, что он их совершенно спокойно теперь различает.
— Так, папаша Леви, у нас к тебе есть претензия!
— И какая же? — Марк рассеянно погладил по голове прижимающуюся к нему Веронику. В колено ему упиралась хоккейная шайба.
— Почему ребенок вообще… вот вообще! — Юрий поднял вверх указательный палец. — Ребенок вообще не знал, что такое хоккей?! Стыд и позор!
— Папа хороший! — тут же заступилась за него Вероника. — Папа летает на самолётах!
— Это, конечно, его немножко оправдывает, — хмыкнул Юрий. — Но все равно — пришлось проводить ликбез среди детского населения!
Марк наклонил голову.
— Вероника, тебе понравилось… на матче?
Вероника часто и счастливо закивала.
— Так, давайте, кормите нас, мы жутко голодные — и мы вам все расскажем! Никуся, солнце, как был выигран матч?
— По буллитам!
— Просто, чудо, а не ребенок. Невероятно сообразительный! — Юрий наклонился и звонко чмокнул Веронику в макушку. — Прирожденный хоккейный болельщик!
* * *Маму перевели из реанимации в общую палату. Вероника прочно поселилась в доме Кузьменко. А Марк… Марк просто не знал, что и думать. И что делать.
С мамой все было более или менее понятно — в каждый свой прилет в Москву Марк первым делом ехал в больницу, и новости оттуда радовали. Уже пошел разговор о выписке. Точнее, настоятельно рекомендовали выписаться не домой, и переводом в кардиологический санаторий. Для эффективной реабилитации. Мама не возражала. Марк тоже. В общем, перспективы и планы ясны.
А вот что делать с Вероникой, Марк просто не представлял. Прошло уже две недели. Две чертовых недели. Он не сделал ничего, чтобы найти Веронике новый интернат. Каждый раз, возвращаясь домой, он говорил себе, что надо позвонить Анне Борисовне. Или Соне.
