0
0Просто имя у меня такое, заковыристое.
– А я тут при чем? – отмер Лёня. – Я просто кефир хочу взять.
– Очень прошу, помогите мне!
– И чем же?
– Отдайте сырок.
Лёня попятился.
– Не понимаю.
– Ничего особо непонятного нет, – наседала я на дядьку, – вы взяли с витрины последний. А он очень, ну очень нужен мне.
– Сам сырки люблю, – не сдавался Лёня.
– Завтра себе хоть гору купите. А этот мне отдайте.
– Ваще, блин! – принялся возмущаться дядька. – Народ через одного долбанутый!
– Умоляю!
– Отвяжись.
– Поверьте, жутко надо!
– Зина! – завопил Лёня. – Зинка!
Из-за стеллажей вынырнула похожая на акулу тетка и недовольно пробасила:
– Чего развопился? Ни на минуту оставить нельзя! Хуже ребенка!
– Зин, – жалобно простонал Лёня и ткнул в мою сторону грязным пальцем.
Баба тяжелым взглядом окинула мою фигуру.
– Ты че? – угрожающе спросила она. – Этот мужик уже при жене.
– Совершенно не собираюсь покушаться на вашего мужа, – постаралась я успокоить наливавшуюся злобой тетку.
– Че? Че ты с ним кушать решила? – не поняла Зинаида. – С какой радости мой законный муж с тобой жрать пойдет? Да и денег у него нет, кошелек у меня.
Зина пухлой рукой похлопала по объемистой торбе, висящей на длинном ремне у нее на плече. Лёня закивал и спрятался за спину супруги. Понимая, что столь необходимый сырок сейчас ускользнет из рук, я решила изъясняться на понятном Зинаиде языке:
– Мне твой мужик без надобности, экая радость с ним возиться.
– А че тогда лезешь?
– Сырок прошу.
Зина побагровела.
– Какой такой сырок?
Тут из толпы выскочила вертлявая девочка лет пяти, подскочила к толстухе и принялась дергать ее за вытянутую кофту.
– Бабушка! Купи Катю, вон ту, в розовом платье.
– Отстань, – рявкнула на нее Зинаида и вновь попыталась разобраться в ситуации: – Сырок? Ты че несешь?
– Ваш Лёня схватил с витрины последнее глазированное изделие – вон оно, у него в корзинке, – а я прошу уступить его мне. Хотите, дам за него тройную цену?
Зинаида превратилась в гигантскую свеклу.
– О пустяке ведь речь идет! – бубнила я. – Мне спешно надо, вопрос жизни и смерти, Миша ждет!
– Резиновое изделие? – гаркнула тетка. – Ленька, кобель, ты че тут тайком покупаешь, а? Ну, морда тамбовская, признавайся!
– Зинушка, – загородился корзинкой муж, – она психическая, из дурки сбегла.
– Сам идиот! – возмутилась я. – А у вас, Зина, с ушами беда, я сказала не «резиновое» изделие, а «глазированное»!
– Это че?
– Ну, в шоколаде…
– Кто в шоколаде?
– Сырок.
– Чей?
– Творожный, – завопила я, раздосадованная непонятливостью тетки.
– Баба, купи Катю-ю… – завопила девчушка.
– Зинуля, она психованная! – завопил Лёня.
